|
- Да вы же сами только что сказали, что раз Флем не беспокоится, так какого черта нам волноваться? - А я волноваться и не буду, - сказал Рэтлиф. - Просто посижу, послушаю. Но Стивенс уже успел вернуться в свой кабинет к концу дня, когда раздался телефонный звонок. - Пока ничего, - сказал голос его товарища по университету. - Он не был ни в одной из ссудных лавок, нигде, куда можно зайти купить револьвер, особенно за десять долларов. Может быть, он еще и не доехал до Мемфиса, хотя прошло уже больше суток. - Тоже возможно, - сказал Стивенс. - А может, он и не собирался ехать в Мемфис. - Ничего не поделаешь, - сказал Стивенс. - Надо будет написать комиссару полиции благодарственное письмо или... - Непременно. Только пусть он сначала его заработает. Он согласился, что совсем не трудно и даже полезно каждое утро в течение двух-трех ближайших дней на всякий случай проверять все лавки по списку. Я его уже поблагодарил за тебя. Я даже взял на себя смелость и сказал, что если вы оба когда-нибудь окажетесь в одном избирательном округе и он решит выставить свою кандидатуру, а не ждать продвижения, как ты... - Но тут Стивенс положил трубку, обернулся к Рэтлифу и, не глядя на него, сказал: - Может, он и не появится. - А что? - сказал Рэтлиф. - Что он вам говорил? - Стивенс рассказал, повторил самую суть. - Полагаю, что больше мы ничего сделать не можем, - сказал Рэтлиф. - Да, - сказал Стивенс. Он подумал: "Завтра все выяснится. Но я еще день подожду. Может быть, до понедельника". Но так долго ждать ему не пришлось. В субботу в его служебный кабинет, как всегда, набился народ, не столько по делу (за что он получал жалованье от штата), а просто все время заходили в гости земляки, выбравшие его на этот пост. Рэтлиф, тоже знавший их всех очень хорошо, может быть, даже лучше Стивенса, сидел в сторонке, у стены, на своем месте, откуда можно было, не вставая, взять телефонную трубку; и хотя он опять принес с собой аккуратный домашний сандвич, Стивенс в полдень сказал: - Вы бы пошли домой, позавтракали как следует, а лучше поедем ко мне. Сегодня звонка не будет. - Вам лучше знать, - сказал Рэтлиф. - Да. Я вам объясню в понедельник. Нет, завтра: воскресенье день подходящий. Завтра я вам все объясню. - Значит, по-вашему, все в порядке. Все улажено, все кончено. Известно это Флему или нет, но теперь он может спать спокойно. - Вы меня пока не спрашивайте, - сказал Стивенс. - Это как нить: держится, пока я... пока кто-нибудь ее не порвет. - Значит, вы оказались правы. Не нужно ей говорить. - И не нужно, - сказал Стивенс, - и никогда не понадобится. - Я так и говорю, - сказал Рэтлиф. - Теперь ей говорить не надо. - А я говорю - никогда не надо было и никогда не понадобится, что бы ни случилось. - Даже если это вопрос морали? - сказал Рэтлиф. |
