Хотя, с другой стороны, имея демократа в Белом Доме, Соединенные Штаты, без сомнения, тихо бы примирились с приобретением Конфедеративными Штатами Чихуахуа и Соноры, у мормонов бы не появилось повода показать свою нелояльность правительству, которое так не любило их. Соединенные Штаты должны были бы сопротивляться расширению рабовладельческой сферы влияния, и должны были начать сопротивляться уже давным-давно – Линкольн улыбнулся, но улыбка получилась кривоватая – и Соединенные Штаты могли бы достичь в этом успеха.

Один из солдат на дощатом эшафоте в это время как раз проверял работу люка. Люк открываться не желал никак.

- Черти б его разодрали! – Раздраженно высказался он, как и любой другой работник, когда у него что-то не получалось.

Он крикнул другому солдату:

- Эй Джек, подержи меня, хорошо? Нужно выровнять эту падлу.

Да, для него это была просто работа, и если солдат думал о том, каким образом потом эту его работу будут использовать, то по нему определить этого было нельзя.

Линкольн повернулся к виселице спиной и медленно зашагал обратно к форту. Охранник последовал за ним по пятам, все так же держа указательный палец недалеко от спускового крючка.

- Сынок, я не собираюсь бежать, - обратился к нему Линкольн. – Мне семьдесят два года. Единственный случай, когда я смогу двигаться быстрее тебя – это если кто-то сбросит меня с вон того утеса. – Он указал пальцем на северо-восток – на коричневые, испеченные солнцем горы Уосач.

- Было бы неплохо, - отозвался охранник, обнажив в улыбке зубы. Линкольн замолк.

По плацу форта с важным видом расхаживал полковник Джордж Кастер. Увидев Линкольна, полковник нахмурился и быстрым шагом направился к нему. Было несколько мгновений, когда линкольн думал, что офицер столкнется с ним на всем ходу, но по тому, в чем он уже имел возможность убедиться, Кастер всю свою жизнь во всем предпочитал лишь максимальную скорость. Подобный стиль казался Линкольну работой на износ, но кавалеристу было наплевать на его мнение.

Кастер хотел сойтись с ним грудь грудью, но для этого ему явно не хватало роста. Поэтому он вынужден был довольствоваться тем, что сошелся с Линкольном грудь к животу, при этом яростно заглядывая в лицо бывшему президенту, как он делал уже не раз.

- Будь моя воля, - прорычал он, - на вас бы тоже одели «пеньковый галстук».

- Сердечно благодарю вас, полковник, за вотум доверия, - ответствовал Ллинкольн.

Ирония была Кастеру, что слону булавка – недостаточно значительным уколом для того, чтобы он ее заметил – и поэтому он пропустил ее мимо ушей.

- Вы, мерзкий республиканец-негролюб. Да вас должны были повесить сразу после того, как вы проиграли прошлую войну, а потом они должны были повесить вас за коммунаров, а сейчас они должны повесить вас как предателя. Вам повезло больше, чем вы того заслуживаете, вы знаете это?

- Я приношу удачу всем людям, которые любят меня и восхищаются мною – это очевидно, - ответил Линкольн.

И снова полковник пропустил иронию мимо ушей. Он сделал паузу, чтобы пнуть пыль и обсыпать ей ботинки Линкольна – еще одна из его малоприятных привычек, - а затем упер указующий перст в направлении резиденции генерала Поупа. – Военный губернатор желает видеть вас. Вы можете сейчас же проследовать к нему.

- Так и сделаю, - достаточно дружелюбным тоном проговорил Линкольн, но видя, что полковник не сходит с места, добавил, - имеется в виду, как только вы освободите мне дорогу.

Командир 5-го кавалерийсого полка прорычал и отошел в сторону.

Как только Линкольн неторопливым шагом направился по направлению к резиденции Поупа, со стороны укрепления показался молоденький лейтенант – тот самый, который арестовывал его в доме Гейба Гамильтона – заметил его и практически перешел на бег.

- Мистер Линкольн! А я вас везде ищу.