Одним из преимуществ раннего марша было то, что можно было преодолеть как можно большее расстояние еще до того, как всепроникающая влажная дневная жара полностью вступит в свои права. Даже верхом на лошади Джексон чувствовал ее. Пот прочертил дорожки на запыленных лицах марширующих солдат. Пыль также висела в воздухе, отчего серые формы приобрели коричневый оттенок, но эта пыль также могла предупредить янки, будь они настороже, о приближении его войск.

Его люди отдыхали каждые десять минут из часа, сложив винтовки в пирамидки. Затем снова марш. Полевые пушки со снарядными передками двигались, громыхая, а в промежутках между ротными колоннами. Чуть позже двенадцати сделали привал, чтобы поесть соленой свинины и кукурузного хлеба, а также, чтобы пополнить свои фляги из небольшой речушки, у которой остановилась армия. Точно через час, снова начали марш на север.

Сразу после того, как армия двинулась в поход после обеда, из Фронт-Ройяла прискакал галопом посыльный и вручил Джексону телеграмму. Генерал прочитал ее, после чего его лицо озарилось улыбкой, что случалось довольно редко. Подъехав к полковнику Скидмору Харрису, он проговорил:

- Добровольцы, полковник, атакуют Винчестер с востока через перевалы Эшби и Сникерз. Докладывают о том, что сопротивление нарастает, что означает, что командующий войсками США в Винчестере совершенно определенно снял людей с нашего направления для того, чтобы остановить продвижение бригады. Раз уж он поступил таким образом, то ему будет крайне затруднительно остановить наше наступление.

Полковник Харрис запрокинул голову и выпустил в воздух большое, четко очерченное колечко дыма.

- Я бы сказал, что это то, что нужно, сэр. У них не настолько больше людей, чем у нашей армии – недостаточно, по крайней мере, чтобы сражаться на два фронта и удержаться против двух атакующих подразделений такой же численности, как наше.

Если бы Джексон был тогда в Винчестере с силами, которые не особо были меньше сил, которые атаковали его, он изначально бы не отступил. Но что случилось, то случилось.

- Вперед, - приказал он.

Янки вырыли линию окопов примерно в полумиле от Кернзтауна – то есть в нескольких милях от Винчестера. Джексон снова улыбнулся – на сей раз кровожадно. Когда-то во время Войны за Отделение янки отбросили его от Кернзтауна , и случая поквитаться он ожидал девятнадцать лет Вот час и настал.

Их орудия открыли огонь по его войскам с дистанции больше, чем в полторы мили. Его артиллерия свернула с дороги и развернула в поле батареи, чтобы начать ответный огонь. В это же самое время его пехота развернулась из колонн в цепи, двигавшиеся натренированной четкостью, что показывало, что солдаты регулярной армии не зря изнуряли себя беспрерывными маневрами на полигонах.

Эта цепь не была намного плотнее, чем стрелковая цепь во время Войны за Отделение. Ветеран той войны вообще бы не назвал эту цепь стрелковой линией, пока не посчитал то количество патронов, которые выпускали стрелки по мере своего продвижения, и насколько плотными были облачка черного порохового дыма, повисшие над цепью. Целая дивизия солдат предыдущей войны не могла бы достичь такой плотности огня, как эта легкая бригада.

Но и у янки были казнозарядные винтовки: их «спрингфилды» ничем не уступали конфедератским «тредегарам». Их командующий, однако, оставил здесь заслон из полутора полков. Но несмотря на это, Джексон первые несколько минут опасался, что имея преимущества позиции и укрытия, которые давали им оборонительные линии, янки смогут снова побить его под Кернзтауном.

Его люди не имели такой богатой практики продвижения перебежками и огневой поддержки друг друга, как в маневрировании в расчлененном строю и в переформировании в разомкнутый строй, в котором они могли атаковать. Беспокоящий огонь неприятеля послужил лишь для того, чтобы сконцентрировать их мысли на поставленной задаче намного лучше, чем недели муштры.