|
Вопреки безумным событиям, развернувшимся на Острове, он не сдался и был по-прежнему уверен в своих силах. Это, наверное, эгоистично, но Елизавета была рада, что он застрял тут вместе с нею. Она уже не совсем доверяла Нитро, у Питы явно поехала крыша, а Хесус… возможно, он способен управлять советом директоров или вешать лапшу на уши богатым инвесторам, но здесь он оказался не совсем в своей тарелке. Елизавета слишком хорошо знала своего приятеля и замечала сквозь панцирь напускной храбрости в его взгляде нехарактерное напряжение, в движениях — суетливую дерганость, а вокруг него — непривычную ауру нерешительности.
Елизавета затушила сигарету, поднялась и подошла к Зеду. — А где Роза? — спросила она. — Уложил ее спать рядом с Пеппером, — ответил он. — Ты ей приглянулся. — Это все потому, что я такой красавчик. — Да уж, красавчик, не то слово… — В словах Елизаветы прозвучало больше искреннего чувства, чем она рассчитывала, и Зед окинул ее вопросительным взглядом. Елизавета прочистила горло. — Шутка, Зед. Расслабься. — Пеппер жалуется, что замерз, — заметил он. — Надо чем-то его укрыть, но в шкафу пусто. — В комоде нашлось пончо… — Елизавета махнула рукой в сторону спальни, где осталась Люсинда, — только раненой оно нужнее. — И это все? — удивился Зед. — Одно пончо? — А также несколько носков и трусы. — Где же, черт возьми, вся остальная одежда Солано? — Нитро говорит, у отшельников запросто может быть лишь один комплект. Зед фыркнул, не сдержавшись. — У этого типа на все найдется ответ, правда? Елизавета не знала наверняка, говорит ли он с сарказмом или же намекает на что-то. Зед нагнулся к ней и прошептал: — А что ты сама думаешь?.. Она решила, что Зеда интересует ее отношение к тому обстоятельству, что у Нитро оказался при себе пистолет. — Даже не знаю, но… — О чем это вы шепчетесь? — спросила Пита, поднимаясь со стула. Она с недоверием всматривалась в их лица. — Пепперу холодно, — пояснил Зед. — Его надо чем-то согреть. Не вставая, Хесус подал голос: — А как насчет коврика, на котором ты стоишь? Он вроде еще сухой. Зед и Елизавета поглядели под ноги. Да, ковер: зеленый с бежевым орнаментом, когда-то элегантный, но теперь безнадежно истертый. Хотя Хесус прав, ковер был сухим. — Лучше, чем ничего, — улыбнулся Зед. — Элиза, помоги мне. Они сошли с ковра и, взявшись за концы, сложили его вдвое. Вдруг застыв, Елизавета вытаращила глаза. — Ё-мое! — ахнула она. — А это еще что?..
4 Зед и Елизавета отложили в сторону свернутый коврик и опустились на колени рядом с небольшой дверцей в полу, ведущей в подпол. Пита и Хесус поспешили к ним присоединиться (последний — хромая, из-за распухшей лодыжки), громко галдя, обсуждая находку. Секунду спустя из комнаты Люсинды выскочил Нитро, который желал знать, из-за чего поднялся такой шум. Елизавета не обращала на них внимания. Она была сосредоточена на дверце. Не больше канализационного люка, квадратная, вровень с остальным полом. Обрывок веревки, прибитый к противоположному петлям краю, служил люку ручкой. Зед потянулся к ней. — Притормози, чаво! — осадил его Нитро. — Ты точно хочешь ее открыть? — А что? — с подозрением сощурился на него Зед. — Разве тебе известно, что там, внизу? Нитро повернулся к Хесусу: — Что думаешь? Хесус развел руками: — Надо заглянуть и проверить. |
