— Спасибо, что выслушали, у меня прямо камень с души упал! Теперь я уверена, что можно не волноваться за мисс Кроуфорд.

— Конечно, — кивнул Найт и добавил про себя: «Я тоже хотел бы быть в этом уверенным».

— Что ж, мне пора. Нет-нет, не провожайте, меня ждет экипаж.

Вставая, Лорейн небрежно бросила:

— Благодарю за кофе.

Она неторопливо прошла к выходу, бархатные волны ее платья эффектно покачивались в такт ее походке. Подлетевший официант с поклоном распахнул перед ней дверь.

Из «Клариджа» инспектор Найт возвращался, испытывая смешанные чувства. С одной стороны, было приятно лишний раз полюбоваться совершенной красотой и грацией Лорейн Саттерфилд, но с другой — было затруднительно вычленить что-либо действительно ценное из всего, что она наговорила. В целом, склонялся он к выводу, эта встреча была пустой тратой времени. И не только времени. Когда ему принесли счет, то выяснилось, что до его прихода жена банкира (очевидно, сильно нервничая) успела полакомиться салатом со спаржей и омарами и двумя пирожными. Как назло, сегодня Найт, рассчитывая провести весь день в канцелярии, денег с собой почти не прихватил и оказался, мягко говоря, ограничен в средствах. Снова и снова он с мучительным стыдом вспоминал, как под презрительным взглядом официанта рылся в карманах, пытаясь наскрести четыре шиллинга и шесть пенсов. Приближаясь к Скотланд-Ярду, инспектор проклинал Лорейн Саттерфилд, потом себя, потом официанта, потом снова Лорейн Саттерфилд…

В своем кабинете он обнаружил констебля Лейтона, который вольготно, словно кот на солнышке, устроился на подоконнике с мечтательной улыбкой на устах. Эта благостная картина вступила в решительное противоречие с настроением Найта и едва не прикончила остатки его самообладания. Инспектор хмуро поинтересовался:

— Вы уже закончили в канцелярии?

— Нееет, — протянул Лейтон, продолжая сиять улыбкой.

— Удалось найти что-нибудь ценное?

— Нееет.

— Тогда почему вы здесь?

— Потому что мне феерически повезло.

— Как это понимать? Что за глупое выражение?

— Вы сами часто так говорите, — поддразнивая, сказал стажер.

— Я?! — инспектор мысленно досчитал до десяти, чтобы не вспылить. — Кажется, я с самого начала совершил ошибку, позволив вам разговаривать со мной в ироничном тоне.

— Простите, сэр!

Ничуть не обидевшись, Лейтон спрыгнул с подоконника и доложил ровным голосом:

— Только что здесь была мисс Коллинз.

— Вот это сюрприз!

Плохое настроение Найта улетучилось, уступив место заинтересованности. Оба уселись за стол друг напротив друга, и стажер принялся рассказывать:

— Удивительная девушка! Она узнала, что Брайана Шермана задержала полиция, и приехала сюда. Добилась, чтобы ее к нему пропустили, а затем нашла меня, чтобы представить его алиби. Не побоялась сказать: в тот вечер, когда была убита Рамона Дэвис, у них с Шерманом было интимное свидание. Он пробыл у нее до полуночи.

— До полуночи?

— Да. Очевидно, она преданно любит этого никчемного типа, раз решилась на такое признание! Хотел бы я, чтобы меня любила такая девушка…

— Непонятно, как преданно любящая девушка не заметила, что предмет ее страсти покинул ее едва ли не часом раньше, — едко заметил инспектор.

— Что?

— Вспомните: сам Шерман утверждал, что явился в квартиру Рамоны Дэвис в одиннадцать тридцать.

— Ой!.. Верно…

— Кто-то из них двоих солгал — и не исключено, что удивительная Мэри Коллинз.