— Нет! Нет! — запротестовал Лейтон. — Только не она!

— Почему нет? — холодно поинтересовался инспектор. — Если вы хорошо подумаете, то поймете, что это возможно.

— Вы же сами сомневались, сэр, что у них был роман!

— Речь не о взаимной любви.

— Но какая у нее могла быть причина для такого поступка?

— Самая простая — месть. Шерман соблазнил ее и бросил.

— И после этого она обеспечила ему алиби? Простите, сэр, но я не вижу здесь логики.

— Я тоже. Однако логики может и не быть, если девушка влюблена без памяти.

— О ком вы говорите? — не вытерпела Патрисия.

— О Мэри Коллинз! — воскликнул стажер. — Мисс Кроуфорд, вы ведь ее знаете! Пожалуйста, скажите: разве она способна на такое?

Девушка растерялась — ее смутила горячность Лейтона. Она помолчала и сказала то, что думала:

— Я не знаю, на что способна Мэри, мы с ней мало знакомы. По-моему, она ответственный человек. А что касается Брайана Шермана — я не замечала, что она в него влюблена.

— Влюблена, поверьте! Эх, и угораздило же ее! Но ведь это еще ничего не означает… Нужно как следует разобраться, и я это сделаю!

— Оставим пока в стороне тему любовных приключений, — решительно остановил Найт своего помощника. — Мисс Кроуфорд, я прошу вас задержаться еще на пару минут, а потом я отвезу вас домой. Лейтон, принесите, пожалуйста, нож Билла Робсона и тот осколок, который обнаружил врач. И заодно прихватите лупу из моего кабинета.

Юноша с готовностью выбежал из комнаты.

— Что за осколок? — полюбопытствовала Патрисия и тут же сделала оговорку: — Если это тайна следствия, можете не говорить.

— Это действительно тайна следствия, — усмехнулся Найт. — Но раз уж я позволил вам остаться, вы сейчас все увидите сами.

Поскольку он явно не был намерен объяснить прямо сейчас, девушка задала следующий вопрос:

— Как вы узнали, что Робсон придет к Шерману именно сегодня?

— Мне нравится ваш неподдельный интерес к расследованию, — похвалил инспектор. — И ваши методы столь неординарны, мисс Кроуфорд…

— Вы все время надо мной подшучиваете! — воскликнула та, притворяясь обиженной.

— Что вы! Я восхищаюсь. Сам я никогда бы не додумался бороться с преступностью с помощью гипсовых голов и растворителя для краски.

Патрисия рассмеялась. Найт недобро прищурился:

— Вы смеетесь? Это хорошо. Значит, плакать больше не будете. Тогда я вам повторю: мисс Кроуфорд, не играйте в сыщика! Да, однажды вы и ваш дядя мне помогли, и я, разумеется, вам обоим очень признателен и никогда этого не забуду. В этот раз я обратился к сэру Уильяму за советом, но это вовсе не означало, что вам, мисс, позволено вести самостоятельные розыски. Я этого не потерплю. Вы понимаете, что ваша деятельность, в равной степени бурная и неразумная, едва не стоила вам жизни?

— Да, я понимаю, — тихо сказала девушка.

— Обещайте: если мы когда-нибудь еще встретимся, вы не станете мешать мне вести расследование!

— Обещаю. Только, пожалуйста, не сердитесь!

Ее жалостливая покорность погасила у инспектора желание продолжать грозные наставления. Тут в помещение влетел, подтверждая свой чемпионский титул по бегу, констебль Лейтон с двумя бумажными пакетами в руках — большим и маленьким.

Найт вытащил из большого пакета нож Билла Робсона (Патрисия содрогнулась) и положил его на лист чистой бумаги. Затем вытряхнул из другого пакета крохотный металлический кусочек, приложил его к кончику лезвия ножа и стал рассматривать место соединения через лупу.