— Да, да, хорошо, — закивала красавица и заговорила с каким-то ожесточением: — Я начну с мужа. Вы ведь холостяк, сэр?.. И правильно! И вы, мисс Кроуфорд, не выходите замуж! Брак счастья не приносит, а одни только заботы и разочарования. Когда Альфред сделал мне предложение, я, конечно, сразу согласилась: ведь он богат, знаменит. Правда, меня немного смущало, что он старше меня на двадцать лет, но зато он так красиво ухаживал! Постоянно делал подарки — и не какую-нибудь мелочь вроде перчаток или косынки, а золотой браслет или колечко с камнем. Я думала: наконец-то я получу все, чего я заслуживаю! — Женщина горестно вздохнула. — Наивная дурочка! Нет, внешне все выглядело замечательно: мы жили в роскоши, в свете все завидовали моей красоте, моим нарядам и драгоценностям. Однако мы бывали только там, где хотел Альфред, и носить я должна была только то, что велит он. Если же мне самой хотелось получить новую шубку или шляпку, так приходилось унижаться, выпрашивать, представляете? И потом, женившись, Альфред почти перестал обращать на меня внимание: он постоянно бывал или в своем банке, или в клубе, или еще где-то… Я знаю, что не слишком умна и образованна, но все же через какое-то время я поняла: ему просто нравится окружать себя красивыми вещами, и я — одна из них. Предмет его коллекции, которым приятно похвастаться! А то, что я целыми днями сидела дома одна и скучала, его совершенно не волновало!

Патрисия скучать не умела и, как ей ни было жаль Лорейн в эту минуту, удивилась:

— А разве вы не могли найти себе какое-нибудь занятие или развлечение?

— Я? — недоуменно переспросила красавица. — С какой стати я? Это обязанность мужчины — развлекать женщину. Альфред эту обязанность не выполнял. Получается, он сам виноват в том, что я начала его обманывать. Как-то я сказала ему, что вступила в женское благотворительное общество, и он это одобрил. Я также намекнула, что будет неловко, если я стану посещать приюты в нашей роскошной карете. Альфред поверил и, представьте, стал выдавать мне целый фунт в неделю — неслыханное расточительство! Причем мелочью, чтобы раздавать сироткам и оплачивать поездки в кэбе. На самом деле я, конечно, ни в какое общество вступать не собиралась — мне просто хотелось иметь карманные деньги и выходить из дома одной.

Патрисия перестала жалеть Лорейн и подумала: «А могла бы и по-настоящему заняться благотворительностью! Вместо того чтобы изображать сейчас перед нами героиню Ибсена». Красавица продолжала:

— И мне это удалось! Я гуляла, ходила по магазинам… Год назад во время прогулки я попала под дождь и забежала укрыться в какое-то здание. Это оказалась Академии художеств. Там я встретила Брайана Шермана.

Это имя она произнесла с придыханием. Дядя и племянница изумленно переглянулись.

— Я сразу влюбилась — ведь он красив, как сказочный принц! К тому же он так откровенно восхищался мною, был так галантен… Так начался наш роман, тайные встречи в мастерской… Это было восхитительно!

Лицо Лорейн приняло мечтательное выражение. Через минуту женщина спохватилась и вернулась к роли ибсеновской героини:

— Вы, конечно, меня осуждаете… Но можно ли осуждать птичку, которой наконец-то удалось выпорхнуть из золотой клетки на свободу? Однако мое счастье длилось недолго: мне стало ясно, что Шерман вовсе меня не любит. Он просто использует меня, всячески пытается вытянуть деньги. А когда он понял, что денег не получит, то бросил меня. О, как я его возненавидела! Я решила, что он нашел себе другую, и, естественно, захотела выяснить, кто она. Та наша встреча в «Кафе Роял», мисс Кроуфорд, не была случайной: я тогда весь день следила за Брайаном. В ресторане я за вами наблюдала и поняла, что вряд ли Брайан увлекся этой серой мышкой из редакции; скорее, моя соперница — это вы, мисс.