Горио благоговейно уложили на койке. С этой минуты на его лице
болезненно запечатлелась борьба между жизнью и смертью, происходившая в
механизме, где мозг уже утратил сознательные восприятия, от которых у
человеческого существа зависят чувства радости и скорби. Полное разрушение
являлось вопросом только времени.
- В таком состоянии он пробудет еще несколько часов, - сказал Бьяншон,
- и смерть наступит незаметно, - он даже не захрипит. Мозг, вероятно,
поражен весь целиком.
В эту минуту на лестнице послышались шаги запыхавшейся молодой женщины.
- Она приехала слишком поздно, - сказал Растиньяк.
Оказалось, что это не Дельфина, а ее горничная, Тереза.
- Господин Эжен, - сообщила она, - между баронессой и бароном вышла
ужасная ссора из-за денег, которые просила бедняжка баронесса для своего
отца. Она упала в обморок, вызвали врача, пришлось пустить ей кровь; а потом
она все кричала: "Папа умирает, хочу проститься с папой". Прямо душу
раздирала своим криком.
- Довольно, Тереза! Приходить ей уже не имеет смысла, господин Горио
без сознания.
- Бедный наш господин Горио, неужто ему так плохо? - промолвила Тереза.
- Я вам больше не нужна, так пойду готовить обед, уж половина пятого, -
заявила Сильвия и чуть не столкнулась на верхней площадке лестницы с
графиней де Ресто.
Появление графини де Ресто было внушительным и жутким. Она взглянула на
ложе смерти, слабо освещенное единственной свечой, и залилась слезами,
увидав лицо своего отца, похожее теперь на маску, где еще мерцали последние
проблески жизни. Бьяншон из скромности ушел.
- Мне слишком поздно удалось вырваться, - сказала графиня Растиньяку.
Эжен грустно кивнул головой. Графиня де Ресто взяла руку отца и
поцеловала.
- Папа, простите меня! Вы говорили, что голос мой вызвал бы вас из
могилы: так вернитесь хоть на мгновенье к жизни, благословите вашу
раскаявшуюся дочь. Услышьте меня. Какой ужас! Кроме вас одного, мне не от
кого ждать благословенья здесь, на земле! Все ненавидят меня, один вы
любите. Меня возненавидят даже мои дети. Возьмите меня к себе, я буду вас
любить, заботиться о вас. Он уже не слышит, я схожу с ума.
Упав к его ногам, она с безумным выражением лица смотрела на эти
бренные останки.
- Все беды обрушились на меня, - говорила она, обращаясь к Растиньяку.
- Граф де Трай уехал, оставив после себя огромные долги; я узнала, что он
мне изменял. Муж не простит мне никогда, а мое состояние я отдала ему в
полное распоряжение. Погибли все мои мечты! Увы! Ради кого я изменила
единственному сердцу, - она указала на отца, - которое молилось на меня! Его
я не признала, оттолкнула, причинила ему тысячи страданий, - я низкая
женщина!
- Он все знал, - ответил Растиньяк. |