– А их и не существует, – возразил Стив. – Любые войны – и «холодные», и «горячие» – результат злой воли одержимых жаждой власти… Но дело не в этом. Даже и не в том, что историю «холодных войн» можно растянуть на тысячелетия. Нынешняя «холодная война» – она качественно иная, чем все предыдущие, потому что в любой момент может перерасти в «горячую» – термоядерную. Вы вот упомянули о разрядке, Мигуэль. О ней говорят и пишут. А на Ближнем Востоке израильтяне воюют с арабами с тысяча девятьсот шестьдесят седьмого года: кончилось во Вьетнаме, начинается в Камбодже… Ничего себе разрядка, черт побери!

– Разрядка – это в целом между Западом и Востоком… Локальные войны были и будут.

– Одна из локальных воин тоже легко может перерасти в мировую – термоядерную. И ОТРАГ не понадобится.

Цвикк насупился:

– Тогда конец… Но я всё‑таки верю, что человечество сумеет избежать термоядерного ада. Если бы не верил, не торчал бы тут – в этой зелёной парной бане. Дарованные мне последние месяцы прожил бы как эпикуреец. А я вот потею тут… Человек обязан делать, что может. Каждый из нас в отдельности бессилен предотвратить ядерный апокалипсис – будь то я, вы, патрон, папа римский или президент Соединённых Штатов. Ну а объединив усилия, можно добиться многого… Движение сторонников мира растёт и будет продолжать расти. И это хорошо… Я верю в его потенциальную мощь. Признаюсь, оно наполняет меня большим оптимизмом, чем ваш героический замах на ОТРАГ… Мы все в одной лодке. И перспектива у нас одинаковая: или выжить всем вместе, или вместе всем утонуть. Другого не дано… Парадокс нашей эпохи состоит в том, что эгоизм стал бессмысленным. Эгоист, пытаясь спасать только себя, губит и себя, и всех, ибо все чертовски переплетено. Шанс выжить – не в индивидуальном противоатомном погребе, а на улице – в колоннах борцов за разум, за мир. Это моё кредо, Стив, но оно не исключает твёрдого убеждения, что на голову змеи надо наступить раньше, чем она тебя ужалит. Да‑а…

– При первой же оказии присоединяюсь к колоннам демонстрантов, – пообещал Стив, – буду до хрипоты кричать: «Нет – атомной бомбе!»

– Ладно, не иронизируйте. Это я тоже умею… Передавайте поклон Тиббу Линстеру.

– Поговорите с ним по видеоканалу, Мигуэль. Я пока остаюсь тут.

– Ждёте кого‑то?

– Шейкуну. Должен прилететь…

Шейкуна появился поздним вечером.

– Давай, давай, заходи, – обрадовался Стив, когда Шейкуна осторожно приоткрыл дверь веранды. – Садись и рассказывай.

– Все о’кей, шеф, – хрипло сказал Шейкуна, – Гаэтано передаёт: у них все готово, ждут главного босса. В Роттердаме полиция опять взяла наркотики. Очень много, шеф, – Шейкуна торжествующе надул толстые губы, – очень‑очень много…

– Откуда?

– Из Гонконга.

– А кому предназначался товар?

– Паоло должен знать… Он выслеживал. Я его не видел.

– «Чёрные боссы» в Сингапуре и Гонконге проиграли очередную партию.

– Ещё какую! – Шейкуна хмыкнул от удовольствия.