– Ещё какую! – Шейкуна хмыкнул от удовольствия. – Много потеряли, шеф. На сотни миллионов…

– Не везёт им последнее время.

– Очень не везёт, очень, – согласился Шейкуна. – Паоло хорошо работал.

– Ему пора исчезнуть оттуда.

– Он знает. Санчо уже сменил его… Паоло скоро будет здесь.

– О’кей. Что в Лос‑Анджелесе?

– Эта женщина не возвратилась. Она в Москве.

– Ты послал телеграмму?

– Из Майами, шеф.

– Ну и, наконец, Гвадалахара?

– Нет, ещё Нью‑Йорк…

– Верно, забыл. Что там?

– Там много… Хасан передаёт: адвокат Крукс был дома у мистер Пэнки, долго был, ходили по саду, Крукс кричал, проклинал. Потом был другой человек. Хасан его знает: Касабланка был четыре года назад… Хасан сказал – шеф поймёт. Хасан говорил – это совсем плохой человек, хуже Пэнки. Тот человек долго был. Мистер Пэнки в ту ночь совсем не спал. Целую ночь дома ходил, кабинет ходил, таблетка – лекарство много ел.

– Интересно, – сказал Стив. – Это очень интересно, Шейкуна. Человек из Касабланки… Кажется, его звали Рунге? Хуже Пэнки… Даже не предполагал, что такое возможно… А что потом с этим человеком, Шейкуна? Ведь это было месяц назад.

Шейкуна вздохнул:

– Хасан не знает… Тот человек тогда улетел вертолётом. Вертолёт ждал на берегу.

– А мистер Пэнки?

– Уезжал, приезжал. Много уезжал. Недавно в Мексике был. Сейчас в Нью‑Йорке.

– Ну а что в Гвадалахаре?

– Нормально. Девушка Инге письмо прислала. Вот. – Шейкуна осторожно вручил Стиву маленький прямоугольный пакетик.

– Кассета? – улыбнулся Стив.

– Сказала – слушать надо.

– Спасибо. Что ещё говорила?

– Говорила – все о’кей.

– Как она выглядит?

– О‑о, очень хорошо. – Шейкуна поднял глаза к потолку. – Красивая. Очень‑очень – как роза… Нет! Как райская гурия… Нет… Я не могу сказать. Посмотреть надо, босс.

– Гм… Значит, она тебе понравилась?

– Да… В Лондоне совсем другая была…

– Это хорошо. А что говорила Мариана?

– Ничего не говорила. Сказала только – пусть хранят его боги. Шефа пусть хранят. И все.

Оставив Шейкуну за столом в столовой, Стив поднялся на второй этаж в свою комнату. Здесь он вставил переданную Инге кассету в диктофон, положил диктофон на журнальный столик и присел рядом. В тишине отчётливо зазвучал чистый, нежный голос Инге. Она подробно рассказывала ему о своей жизни в Гвадалахаре, о городе, Пако, Мариэле, коте Базиле, которому однажды ночью наступила на хвост… Она рассказывала обо всём, кроме Марианы и кроме своей тоски, которую Стив явственно ощущал за каждой её фразой.

– Бедная девочка, – пробормотал он, переворачивая кассету, чтобы послушать вторую половину записи. На второй половине она заговорила о его посылке, о работе. Поблагодарила за чудесный талисман с черным камнем…

Я почти все узнала про эти великолепные вещи, хотя было не очень просто Пришлось искать в библиотеках и музеях Мехико и Каракаса. (Стив не мог удержать вздоха: подумать только, была так близко…) Мы ездили с Пако. Всю дорогу он очень заботился обо мне, помогал. Это очень старинные вещи. Они найдены в окрестностях Александрии в начале прошлого века. Точное местонахождение неизвестно. Некоторые авторы предполагают, что они сделаны в Александрии и входили в легендарную сокровищницу Клеопатры.