– Да, подумал… Если честно, я пока не принял решения, – солгал он. – Знаешь, иногда я спрашиваю себя, действительно ли хочу и дальше этим заниматься.

Карло разочарованно цокнул языком:

– Ох уж эта молодежь…

Приступы кашля изматывали его, повергали в почти постоянную усталость и сонливость. После обеда он зачастую не мог сдержать зевоту – ему было необходимо прикорнуть хоть ненадолго, – а по вечерам засыпал на диване сразу после ужина, и Анне всякий раз приходилось будить его, погасив свет в гостиной.

– Карло, пойдем в спальню, – шептала она.

Однажды августовским утром Анна твердо заявила: «Ты должен показаться доктору»..

Они лежали в постели лицом друг к другу, и в комнате царил мягкий полумрак – шторы были задернуты.

– Да это все из-за здешнего воздуха, чертов сирокко, дышать нечем, – пробурчал он, поглаживая пальцем изгиб ее спины.

– Вот доктор и скажет, в этом ли дело.

Карло вздохнул.

– Ты слишком тревожишься. Как пришло, так и пройдет.

– Карло! – возмутилась Анна, рассерженная его упрямством.

– Ладно-ладно, схожу я к врачу, – проворчал он.

– Когда? – не унималась она.

– На неделе?

– Нет. Завтра, – отрезала Анна.

Карло посерьезнел, поднес руку к виску и шутливо взял под козырек:

– Есть, мой генерал! Будет исполнено!

– Дурачок, – улыбнулась Анна. – Какой же ты дурачок.

* * *

Доктор, лысеющий мужчина с внушающим доверие лицом, усадил Карло на кушетку, велел раздеться до пояса и сделать несколько глубоких вдохов ртом.

– Еще разик, – повторял он, прижимая к груди пациента стетоскоп.

Наконец доктор, неопределенно помычав, кивнул Карло, чтобы тот оделся. Потом сел за стол, водрузил на нос очки и принялся что-то писать на бланке.

– Вот, держи, – сказал он, протягивая листок Карло.

Тот взял бумагу и бегло просмотрел.

– Я выписал тебе направление на рентген, – пояснил доктор. – Просто чтобы окончательно развеять все сомнения. Отправляйся к доктору Кало, это лучший специалист в Лечче. У него кабинет прямо в больнице, он примет тебя там.

На следующее утро Карло встал ни свет ни заря.

– Ты точно не хочешь, чтобы я поехала с тобой? – спросила Анна, потягивая теплое молоко за столиком в саду.

– Не волнуйся, я скоро вернусь, – ответил он и поцеловал жену в лоб на прощание.

Карло сел в «Фиат-1100» и вскоре остановился у дома Антонио. Не глуша мотора, он постучал в дверь.

Антонио отворил почти сразу. На нем были брюки и белая майка.

– Помнишь, я вчера сказал, что поеду один? Так вот, я передумал, – выпалил Карло.

– Ну и правильно, – откликнулся Антонио. – Дай мне минутку, только оденусь.

В больнице, после рентгена, братья уселись в холле. Карло нервно озирался по сторонам, разглядывая тускло-зеленые стены, потрескавшуюся плитку на полу и мутные стекла больших окон.

– Терпеть не могу больницы, – буркнул он и поморщился. – Да еще и этот запах раствора для дезинфекции. Прямо мутит.

– Вряд ли хоть кто-то обожает больницы, Карлетто.

– Это точно, – пробормотал тот, продолжая вертеть головой. – Слушай, Антонио… Вот увидишь, со мной все в порядке. Доктор пропишет мне какой-нибудь убойный сироп, и дело с концом.

– Не сомневаюсь, – ободряюще улыбнулся Антонио.

– Синьор Греко? – окликнул их доктор Кало, выглянув из кабинета. Это был худощавый мужчина, немного сутулый, с резковатыми чертами лица, но живыми, проницательными глазами.