– Море и поближе есть, – огрызнулась Лоренца.

– Да, но там у вас дом, и глупо держать его закрытым. Что тебе стоит? Две недели, Лоренца. Всего две.

– Это может стоить мне очень дорого! – воскликнула племянница, все сильнее досадуя. – Ты не все знаешь… то, что произошло… Я не могу оставить его сейчас. Не могу, – повторила она, качая головой.

– Похоже, ты чего-то боишься…

– Конечно, боюсь. Вдруг он найдет другую и женится на ней? Думаешь, он вечно будет один? Думаешь, ему не надоест так жить?

– И ты полагаешь, он найдет ее как раз в те две недели, что ты будешь на море с семьей? – иронично спросила Анна.

– Я не хочу, чтобы он вообще кого-то находил. Никогда.

– Так нельзя говорить. Ты же знаешь…

– Все могло бы быть так просто… – перебила ее Лоренца. – Если бы мы уехали отсюда. Подальше от всех. Мы могли бы быть так счастливы…

Анна впервые слышала от нее подобное, и это здорово ее встревожило. Помолчав, она сказала:

– Как Анна Каренина и граф Вронский?

– Да, как они, – прошептала Лоренца.

Анна вздохнула, порылась в сумке, достала несколько монет и положила на столик. Вставая, она сказала:

– Мне пора. Но запомни – Анне Карениной ее выбор дорого обошелся. Подумай об этом. – И она ушла.

Лоренца откинулась на спинку стула. Она хорошо знала историю Анны Карениной: читала роман в юности и помнила, как восхищалась этой романтической героиней, нашедшей в себе смелость последовать зову сердца, даже ценой потери всего. Теперь, как и тогда, она по-прежнему не видела в этом ничего дурного.

* * *

В следующую среду на встречу с Даниэле Лоренца взяла с собой Джаду. В автобусе малышка все время хныкала от жары, вытирая кулачками опухшие от слез глазки.

– Ну-ну, потерпи, – уговаривала ее Лоренца. – Мы едем в одно замечательное место, познакомиться с маминым хорошим другом.

Когда они приехали, Даниэле, склонившись над рабочим столом, что-то чертил.

– А вот и мы! – объявила Лоренца с натянутой улыбкой.

Даниэле посмотрел на них, переводя взгляд с малышки на Лоренцу.

Джада замерла в дверях, не сводя с него больших, еще мокрых от слез глаз.

– Ну же, пойдем с мамой, – подтолкнула ее Лоренца.

Даниэле бросил на нее растерянный взгляд, затем приблизился к Джаде, опустился перед ней на корточки и улыбнулся.

– Меня зовут Даниэле. Очень рад нашей встрече, – представился он, протягивая ей руку.

Чуть помедлив, Джада положила свою ладошку на его ладонь.

– А ты знаешь, что ты невероятно красивая? – продолжал он, погладив ее крохотные пальчики. – Честное слово, никогда не видел девочки красивее тебя!

Малышка сунула пальчик в рот и, не отрывая от него глаз, несмело улыбнулась и шагнула вперед.

Лоренца провела ее внутрь, придерживая за плечи, а затем со вздохом закрыла дверь.

– Тебя ведь Джада зовут, да? – спросил Даниэле.

Девочка кивнула.

– А знаешь, что у тебя одно и то же имя с очень красивым камнем? Он называется жадеит.

Малышка покачала головой, явно заинтригованная.

– Идем, покажу. – Он поднялся и, держа девочку за руку, подвел ее к рулонам ткани. Потом вытащил один из них, зеленый. – Вот. Это цвет жадеита.

Джада протянула ручонку и дотронулась до ткани.

– Нравится?

– Да! – радостно воскликнула она.

– А сейчас знаешь что? Сошьем из нее красивое платьице. Для тебя. – И он легонько щелкнул ее по носу.

Лоренца все это время наблюдала за ними с довольной улыбкой.