– Я принял решение, – начал он. – Я долго думал…

– Ты меня бросаешь? – перебила она.

– Дай мне сказать. – Он глубоко вздохнул и продолжил: –Наша жизнь – сплошная катастрофа. Ты разрушаешь свою семью, Джада растет с вечно несчастной и злой матерью, а я… Что ж, если мы продолжим в том же духе, своей семьи у меня никогда не будет. Я хочу… остановиться.

– Ты не можешь, я тебе не позволю! – выпалила Лоренца. – Выход есть, и ты знаешь…

– Лоренца, – оборвал он ее. – Я уезжаю.

– Что значит «уезжаю»? О чем ты?

– Я возвращаюсь в Нью-Йорк. Отправляюсь через неделю. Так будет лучше для всех, – сказал он, и его голос дрогнул.

Лоренца в ярости вскочила на ноги.

– Нет, ты не можешь уехать!

– Не тебе это решать.

– Нет! – закричала она. – Ни за что. Я еду с тобой.

– Ты никуда не едешь. Ты остаешься здесь. Со своей семьей. С дочерью.

– Я еду туда, куда едешь ты! Ты не поедешь в Нью-Йорк без меня.

Даниэле встал, нервно прошелся по комнате, потом остановился и решился сказать единственное, что могло ее остановить.

Это была ложь, очередная ложь, бесконечная ложь. Но необходимая.

– Я больше тебя не люблю, – сказал он, глядя ей прямо в глаза.

– Неправда… – тут же возразила она дрожащим голосом.

– Я тебя больше не люблю, – повторил он.

И почувствовал, как его сердце разлетается на куски.

* * *

– Девочка смышленая, все быстро схватывает, – говорила Анна.

– Не знаю, – ответил Антонио. – Как она сможет всему научиться за такое короткое время? Мне нужно через месяц, а не через год.

– Она справится. Я знаю. Поверь мне.

Секретарша Антонио, Аньезе, собиралась на пенсию, и Анна предложила взять на ее место Микелу. Ей было всего шестнадцать, это правда, но Анна внимательно наблюдала за ней несколько недель и разглядела в ней живой ум и редкую для ее возраста сообразительность. Училась она старательно и в конце занятий неизменно просила Анну дать ей «что-нибудь еще». Тогда Анна задавала ей дополнительные упражнения и советовала читать более серьезные книги.

– Я не сомневаюсь, что она, как ты говоришь, смышленая, но научиться за месяц тому, что Аньезе делает почти двадцать лет… по-моему, это нереально, – сказал Антонио. – Мне нужна опытная секретарша.

– А она и станет опытной, – убежденно возразила Анна. – Посади ее рядом с Аньезе прямо с завтрашнего дня. Пусть Аньезе посмотрит, сколько девочка успевает усвоить.

Обдумывая ее слова, Антонио покачивался в кресле. Потом перестал.

– Ладно. Давай попробуем, – наконец согласился он.

Анна радостно захлопала в ладоши.

– Но имей в виду, ты мне должна, – продолжил он, погрозив пальцем.

– Могу расплатиться билетом в кино, – тут же ответила Анна.

– Вы приглашаете меня составить вам компанию на киносеансе, мадам?

– Дурачок, – хихикнула она. – Но вообще да.

– А что за фильм?

– «Умберто Д.», Де Сика. Афишу как раз меняли, когда я утром шла мимо.

– Идет, – кивнул Антонио.

В этот момент в коридоре послышался цокот каблуков. Он приближался, пока не затих у самой двери, и в кабинет Антонио ворвалась Лоренца.

– Лоренца! – удивленно воскликнул он.

– Привет, ma petite, – улыбнулась Анна. Но тут же заметила, что девушка явно не в себе, и улыбка мгновенно сползла с ее лица.