Антонио вскочил и метнулся за стульями.

– Вот, прошу, – сказал он, расставляя их вокруг столика. Подавая стул Анне, он вполголоса спросил: – Что у тебя с волосами?

– А что такое? Не нравится, что ли? – слегка обиделась она.

– Я этого не говорил…

– Что ж, – поднялся один из синьоров, а за ним и второй. – Оставляем вас в семейном кругу. Завтра продолжим.

– Безусловно, – пожал им руки Карло. Антонио же ограничился легким кивком.

– Что это вы продолжите? – полюбопытствовала Анна.

Карло и Антонио переглянулись.

– Рассказать им? – сверкнул глазами Карло.

– Ну, все равно ведь рано или поздно…

– Да что вы темните-то? – встряла Агата.

Прикусив сигару, Карло развел руками:

– Ну-ка, посмотрите на меня!

– Ты решил нам сообщить, какой ты красавец? Так это не новость, – подколола Анна.

Джованна хихикнула в ладошку.

– Спасибо, любовь моя, – Карло нежно погладил жену по щеке. – Нет уж, всмотритесь-ка получше. Перед вами будущий кандидат в мэры Лиццанелло!

– Правда, что ли? – ахнула Анна.

– Истинная правда.

– И как это тебе в голову взбрело?

– Предложил кое-кто, – Карло кивнул в сторону отошедших мужчин. – Говорят, я потяну. Завтра сведут меня с секретарем провинциального комитета партии, обсудим все детали.

– Еще бы, – иронично протянула Агата, – как начал с америкашками общаться – большой шишкой сделался, за тебя проголосуют.

– А партия-то какая, позволь спросить? – полюбопытствовала Анна.

– Христианские демократы.

Анна сразу помрачнела. Лоренца перехватила взгляд отца: тот буквально сверлил тетку глазами, безмолвно вопрошая: «Ты чего приуныла? Все хорошо?»

– Новость и впрямь отличная, – прокомментировала Агата, покосившись на невестку.

– Просто прекрасная! – воскликнул Карло. – А сейчас принесу-ка я вина для наших милых дам! – И он сделал в воздухе одобрительный жест.

– Пойду с тобой, – поднялся Антонио, отодвигая стул. – Помогу нести бокалы.

– И миндальных пирожных захватите! – попросила Джованна.

Отведя веревочную штору, Карло увидел у стойки Кармелу с мужем. Веселость его как рукой сняло.

– Нандо! Бутылочку «Донны Анны» и шесть бокалов, будь добр! – встрял Антонио.

– Что это вы отмечаете? – поинтересовалась Кармела, в упор глядя на Карло.

– Сегодня пьем за наших дам, – ответил Антонио, выручая брата.

Никола пробурчал, что это правильно: сегодня для женщин особый день, грех не отметить.

– Как там поживает дон Чиччо? – справился Карло.

Кармела пожала плечами.

– Да никак. С постели уже не встает. Жалуется на боль в спине, говорит, словно ножами тычут.

– Жаль это слышать… Ты уж передай ему от меня привет.

– Твои приветы ему всегда как бальзам на душу.

Карло кивнул и забарабанил пальцами по стойке.

Никола глянул на часы:

– Ну, нам и правда пора. Доброго вам денечка! – Он приподнял шляпу и направился к выходу.

Кармела лениво направилась следом. Но, проходя мимо Карло, задела его плечом.

* * *

В следующее воскресенье, ближе к вечеру, Лоренца с опозданием подошла к «Олимпии» и увидела поджидающего ее Даниэле. Тот стоял, прислонившись к стене, и солнце наполовину освещало его лицо. Лихо сдвинутая набок кепка, клетчатая рубаха, темные брюки на подтяжках… У Лоренцы на миг перехватило дыхание: Джакомо тоже вечно щеголял в кепке и носил подтяжки.