Через пятнадцать минут Жермене удалось справиться со своими эмоциями, и тогда она смогла рассуждать более здраво. Послушай, вдумайся, советовала она себе. Неужели ты действительно веришь, что Лукас, человек с огромным состоянием, будет (заметь, до поездки в Швецию) договариваться с тобой о встрече только для того, чтобы по возвращении хитростью уломать тебя приехать и напечатать для него отчет?
В такую чепуху нельзя поверить. Если ему нужен был кто нибудь поработать в выходные, он бы нанял кого нибудь другого. Вероятно, именно Лукас посоветовал миссис Добсон позвать помощницу, пока в доме были лишние люди. А та, поняв, что не справится, согласилась и связалась в отсутствии Лукаса с сестрой Шэрон.
Выглянув из окна, Жермена увидела, как у ворот разворачивается машина Эша. Ей было непонятно, почему, если Эш намекнул, что больше не влюблен в Эдвину, он все еще предоставляет ей пристанище, как своей гостье. Прошла целая неделя с того дня, как Эш заявил, что совершил ошибку. Так почему же Эдвина остается в «Хайфилде»?
Впрочем, Жермена с трудом могла представить себе, что Лукас или Эш отошлют Эдвину, особенно когда она разыгрывает из себя страдалицу.
Жермена спустилась вниз и, входя в гостиную, снова ощутила укол ревности, потому что Лукас вернулся в дом и сидел, болтая с Эдвиной. Увидев Жермену, он прервал беседу и вскочил на ноги.
– Жермена, – улыбнулся Лукас. – Принести вам что нибудь выпить перед ланчем?
– Спасибо, не надо, – ответила она.
В этот момент в гостиную вошел Эш.
– Жермена! – воскликнул он, и снова у него был такой вид, будто он хочет поцеловать ее. Вероятно, вспомнив о последнем случае, когда он пытался сделать это, Эш сдержал себя. – Какой чудесный сюрприз! Надеюсь, ты не умчишься обратно в Лондон?
– Я здесь до завтрашнего утра, – сказала она. Но, ощущая неловкость и желая найти предлог для своего пребывания здесь, она объяснила: – Лукасу нужно напечатать отчет о его поездке в Швецию.
Эш скосил глаза на своего брата.
– Ему нужно это сейчас? – спросил он.
– Поскольку мы все собрались вместе, можем приступить к ланчу, – предложил Лукас.
Тут наступил выход примадонны. Эдвина сморщилась и закусила нижнюю губку, как бы стараясь превозмочь боль и встать. Естественно, оба джентльмена бросились ей помогать.
За едой мужчины были поглощены своими мыслями, но Эдвина, казалось, этого не замечала. Она без умолку болтала, и присутствующие, когда она к ним обращалась, вежливо отвечали.
Трапеза подходила к концу, когда Эш сообщил, что хотел бы посмотреть на еще один дом, который почти решил приобрести. Он еще не успел пригласить Эдвину, как она отказалась:
– Ты не будешь возражать, если я не поеду?
Эш улыбнулся.
– Можешь отдыхать, сколько хочешь, – ответил он. Потом повернулся к сидящей рядом с ним Жермене: – А ты хочешь сказать мне, что будешь занята, – с сожалением предположил он.
Но прежде, чем она успела открыть рот, Лукас спокойно заметил:
– Я поеду с тобой, Эш. – Все глаза устремились на Лукаса, но он посмотрел на Жермену и заключил: – Вы так быстро печатаете, Жермена, что у нас будет достаточно времени закончить этот отчет завтра утром.
Сперва Жермена решила, что, раз ей нечего делать, она находится здесь благодаря обману – двойному обману, если принять во внимание тот спектакль, который в полной мере разыгрывала Эдвина. Но заявление Лукаса о том, что они поработают утром, дало ее гордости необходимую зацепку: значит, он рассчитывает, что она переночует?
– Конечно, – спокойно ответила она.
– Ты могла бы поехать вместе с нами, – предложил Эш.
Но она каким то образом почувствовала, что Лукас хочет поговорить с Эшем наедине. |