-  Это твой ребенок? - спросил у новой химеры Волк, пытаясь нащупать химерика не глядя. - Так мы его нашли и тебе привезли. Не сердись. За детьми смотреть надо лучше, - посоветовал он, продолжая безуспешные поиски вслепую. - Масдай, поднимись-ка еще метров на… пять, - попросил тогда он. - И куда этот стрекозел запропастился?..

    -  Залез под груду золотых валунов, - опровергая постулат, что на риторические вопросы ответов не бывает, подсказал ковер. - И сейчас там ползает и щекочется.

    -  Мека-мека-мека-мека!.. - позвал Волк, но был это глас вопиющего в пустыне.

    -  Где он сейчас? - спросил он у ковра, исходящего мелкой дрожью от щекотки.

    -  В районе правого дальнего угла, хи-хи-хи…

    -  Ну-ка… Иди-ка сюда… - нырнул Серый в груду золота и ловко ухватил химерика за шею. - Пошли, давай. К мамке приехали. Или к папке. Вылезай. Конечная.

    Но у химерика, кажется, были другие планы. Он попытался вывернуться и улизнуть от отрока Сергия, не зная, что от того еще никто не уходил, что и было ему сообщено с чувством глубокого удовлетворения, когда, в конце концов, он был выловлен в очередной и последний раз, намотан на руку, как бельевая веревка, завязан - на всякий случай - узлом и приготовлен к сдаче на поруки сородичу.

    Но сородич добровольной сдачи дожидаться почему-то не стал.

    И над краем ковра показалась лохматая львиная голова с маленькими, горящими бешенством и тупой злобой красными глазками.

    Мека, увидав ее, издал пронзительный жалобный крик, и рванул опять под камни, повалив Серого к подножию кучи.

    Жаркие челюсти, напоминающие, скорее, открытый чемодан специалиста сетевого маркетинга, распространяющего короткие мечи, чем простую пасть безобидного льва, звонко клацнули в том месте, где только что стоял Волк.

    -  Ах, ты так… Ты так… - взбешенный Серый махнул левой рукой, отбрасывая химерика, и тот с благодарным меком стрелой бросился под золото. В правой руке у лукоморца уже был меч.

    -  Ах, ты так… Будить… Меня… В пять… Утра… Да еще… На меня… Рычать… Кусаться… Задумал… Ах, ты… Мегера… Холера… Химера… Гад!

    Вместе со словом «гад» на землю рухнула изрядная куча смешанного змеино-львиного фарша.

    -  Гавкать он на меня еще будет! - с презрением плюнул сверху Волк, вытер о штаны меч и кинул его обратно в ножны.

    -  Эй, ты, холерик, вылазь, ухайдакали мы твоего родственника. Дорога свободна. Масдай, спускайся. Высадить этого пассажира надо, - и, не дожидаясь ответной реакции, Серый снова нырнул под свои самородки.

    Ковер мягко опустился рядом с норой. Через пять минут Волк с плененным, но не смирившимся химериком в руках уже выбирался наружу.

    Где его уже с нетерпением поджидали.

    Протяжный вой огласил застывшие в ужасе окрестные горы.

    Это химера своей змеиной головой размером с маленький гроб с размаху налетела на валуны, под которые долей секунды раньше, соревнуясь в скорости с Мекой, успел юркнуть Волк.

    -  У-у-у-у!!!.. - стала жаловаться она, медленно размахивая тяжелой башкой, и огромные кривые когти львиного тела заскребли землю.

    -  Эх, и развелось вас тут!.. - разнеслось веселым эхом над скалами.

    Это на вершину своей золотой горы выскочил Серый, готовый к бою.