— Нет. Меня Алексей зовут. Когда-то мы дружили. Но очень давно не виделись.

— Очень давно? — усмехнулась Ксения. — С детского сада что ли? Ой, — тут же спохватилась она. — Извини. Иногда ляпну чего-нибудь, не подумав. В общем, там она. Наверняка. Передай, чтобы в десять, как штык, дома была.

— Хорошо, — сказал я и, предупредив маму, чтобы не искала меня до вечера, направился на карьер.

Марину я догнал ещё в поле. Не сразу узнал со спины. Впереди меня в лёгком розовом платье шла высокая стройная девчонка с толстой косой до поясницы. Сердце забилось ещё быстрее и громче. Неужели это Марина? Она, конечно, говорила, что в юности в неё были влюблены все мальчишки из класса, но я не особенно ей тогда верил, думал, что преувеличивает свои былые достоинства.

— Марина, — окликнул я девочку и тут же закашлялся, поперхнувшись.

Девочка обернулась, окинула меня взглядом с головы до ног и нахмурилась. Да, это была она!

— Что? — отчеканила она и машинально поправила платье.

— Привет, — улыбнувшись, сказал я.

— Привет. Я тебя знаю?

— Алексей.

— Угу. Очень интересно. Но это мне ни о чём не говорит.

— Ты на карьер? — пытаясь говорить как можно более дружелюбней, спросил я.

— А тебе-то что? Тебя кто-то послал следить за мной? Олег что ли? Передай, что если ещё раз ко мне сунется, то опять получит по морде.

Я не смог сдержать себя, чтобы не засмеяться. Как же это было в духе той Марины, которую я хорошо знал.

— Чего ржёшь?

— Да так… Напомнила ты мне одну девушку. А Олега я никакого не знаю. Кто это?

— Да… — махнула рукой Марина. — Дебил один из моей школы. Второгодник. Клеится вот уже полгода. Прилипчивый, как козявка. Говорит, нет таких крепостей, которые невозможно взять. Ну скажи, не дурак ли?

— Ну да, — согласился я. — Так себе афоризм. С бородой.

— Да я не об этом. Просто есть такая крепость, которую никому не удалось взять. Мон-Сен-Мишель называется. Слыхал про такую?

— Нет, — я с удивлением посмотрел на Марину.

— Что? — опять выпалила она. Это «что» получалось у неё очень мило.

— Ты и правда красивая, — не знаю, зачем я это сказал. Само вырвалось.

Лицо Марины вспыхнуло лёгким румянцем.

— Что значит «и правда»? — спросила она. — Обо мне ходят легенды? Откуда ты тут вообще взялся, Лёша?

— Я из города. Из Перволучинска. Отец мой на карьере работал. Приехали с мамой навестить могилку.

— А-а, — тихо протянула Марина. — Тогда понятно. Извини, что так невежливо с моей стороны.

— Да ничего. Два месяца уже прошло. Сейчас легче.

— А у мамы моей знакомый там. Подружились год назад. И вот. Собиралась уже к нему в город уехать. Поговаривают, что нашу школу хотят закрыть. Детей мало. Все, кто могут, в город перебираются.

— Закроют, — сказал я. — Это факт.

— А ты почём знаешь?

Я пожал плечами:

— Просто знаю. А через два года перестройку объявят. А в девяносто первом вообще СССР развалится.

— Чего? — Марина остановилась и упёрлась в меня изумлённым взглядом. — Ты чего такое городишь-то? Шпион что ли американский? Или фантастики начитался?

А меня отчего-то вдруг понесло. То, что я целых два месяца сдерживал внутри, вдруг вырвалось из своего заточения и сорвало все замки́ и препоны.