Вскоре прибежал констебль, и сержант велел ему присмотреть за Гилбертом. Тот словно впал в апатию: безвольно опустился на ступени и уронил голову на руки.

Сержант снова вошел в павильон. Патрисия, уже гораздо более храбрая, чем четверть часа назад, последовала за ним. Вдвоем они обошли весь павильон, но больше никого не обнаружили.

У стены напротив выхода была свалена груда деревянных обломков и обрывков обоев. Проходя мимо, Бейли задел ногой торчавшую из нее доску и, чертыхнувшись, от души ее пнул. Груда дрогнула, и часть ее сползла в сторону.

— А это что такое? — вдруг спросил сержант, останавливаясь и указывая куда-то вниз.

Патрисия посмотрела. Из-под мусора высовывалась — девушка не сразу поверила своим глазам — человеческая кисть. Сержант начал решительно разбрасывать кучу. Вскоре стало видно скрюченное тело женщины. Патрисия ахнула и прижала руки ко рту.

— Это миссис Барнетт? — спросил сержант.

Девушка кивнула.

Бейли тщательно осмотрел тело и уверенно произнес:

— Ну, эта-то точно мертва.

Он присмотрелся, наклонился и поднял то, что лежало рядом с телом. Это оказался деревянный кол длиной около четырех футов. На его тупом конце темнело пятно, к которому прилипла прядь седых волос. Патрисию замутило, и она бросилась наружу. Через минуту вышел сержант Бейли с колом в руке.

— Прекрасно, — сказал он в радостном возбуждении. — Дело ясное. И мы справились без всяких там столичных сыщиков.

— Вы думаете, это он? — спросила Патрисия, с жалостью глядя на Гилберта, по лицу которого текли слезы.

— А кто же? Гуд, поднимай его. Доставим его в участок.

Когда молодой человек встал, он снова схватил Патрисию за руку и сказал умоляюще:

— Они меня упрячут, мисс! Вы понимаете? Не бросайте меня!

— Вот ведь опять вцепился намертво! — с досадой сказал сержант и стал разжимать пальцы Гилберта. — Нет, так не пойдет! Давай наручники, Гуд!

— Не нужно, — сказала девушка. — Я пойду с вами.

— Так прямо и пойдете? — растерялся сержант. — Через весь город?

— Да, а что? Я не боюсь. Он же не опасен, ему просто страшно. Куда идти?

— Недалеко. Сейчас выйдем на главную улицу, а там налево.

— Идемте, мистер Гилберт.

Молодой человек послушно поплелся рядом с Патрисией. Сержант и констебль спохватились и догнали их.

— Хоть одеяло с него стащи, Гуд, — прошипел Бейли.

— Но как же, сэр? — растерялся тот. — На нем лишь нижняя рубашка и кальсоны.

— Черт! Ладно, пусть остается как есть.

В полицейском участке сержант Бейли запер Гилберта в камере и отправил врача с двумя констеблями забрать тело миссис Барнетт. Патрисия устало опустилась на стул.

— Спасибо вам, мисс Кроуфорд, — прочувствованно сказал Бейли. — С вами арестованный вел себя очень спокойно. А сами вы не постеснялись идти с нами.

— А что такого? — недоуменно спросила девушка.

После того как в заброшенном павильоне ими было обнаружено мертвое тело, этот ее поступок вовсе не казался ей чем-то из ряда вон выходящим. Сержант не стал ей объяснять, хотя сам заметил, как прохожие — кто с удивлением, а кто с осуждением — посматривали на их компанию: впереди, держась за руки, шагают завернутый в одеяло грустный взлохмаченный молодой человек без обуви и нахмуренная рыжеволосая девушка без шляпки, а чуть позади по сторонам от них — двое полицейских.

— Сейчас вернется наш экипаж, и вас отвезут в гостиницу, — пообещал Бейли.