Хозяин, Адам Таннер и Генри Тонкс, находившиеся в этот момент в холле, немедленно повернулись к ним, также ожидая ответа.

— Миссис Барнетт убили, — сообщила Патрисия.

Тут у нее подогнулись колени. Тонкс бросился к ней, и они вместе с сэром Уильямом усадили девушку на диван.

— Дайте ей бренди! — не оглядываясь, велел молодой человек.

Уолтон наклонился и выставил на столешницу своей конторки бутылку и рюмку.

— Так и знала, что спиртное у вас всегда под рукой! — не преминула прошипеть леди Кларк.

Сделав пару глотков, Патрисия коротко рассказала о том, с чем ей пришлось столкнуться сегодня.

— Боже мой! — схватился за голову хозяин. — Только этого нам не хватало!

— А все дело в вашей безответственности и неразборчивости! Пускаете кого ни попадя! — злобно напомнила ему дама.

— Бедная женщина! — печально вздохнул Адам Таннер. — Я совсем не знал ее, но все равно — как это ужасно!

— Мерзкая история, — согласился сэр Уильям.

— Подумать только, — сказала леди Кларк, не отрывая обвиняющего взгляда от Уолтона: — из-за этого полоумного Гилберта мы все были в опасности!

— Так вы говорите, мисс Кроуфорд, что полиция его арестовала? — спросил Таннер.

— Да.

Он снова вздохнул — на этот раз, как показалось Патрисии, с облегчением.

— Идем, Пат, — сказал сэр Уильям. — Тебе нужно отдохнуть.

— Я же говорил вам, сэр: он совсем помешался, — сказал сержант, когда они с инспектором Найтом подходили к заброшенному павильону. — Но это точно он — больше некому.

Найт не ответил. Ему вспомнился Джозеф Гилберт, сидящий на жесткой койке в камере: бледный, неподвижный, безучастный ко всему. Он не реагировал на вопросы, словно не слышал их.

Инспектор с сержантом вошли в павильон.

— Тело лежало вот тут, — Бейли на разбросанную им кучу мусора. — А этот тип прятался рядом, вот за той перегородкой.

Найт поднял обломок доски с торчащим из него длинным толстым гвоздем. На острие гвоздя прилипло несколько ниток.

— Как вы думаете, сержант, что это?

— Мало ли здесь мусора, сэр!

— Приглядитесь.

— Нитки, темно-зеленые, похоже, твид.

— Но почему они прилипли? Видите, на кончике? Это не ржавчина и не краска. Если это кровь, то довольно свежая. Кто-то зацепился за гвоздь, порвал одежду и поранился. Это не мисс Кроуфорд — на ней был костюм светло-коричневого цвета, и он был в полном порядке. Хм, судя по всему, царапина была довольно глубокая.

— Может, это кровь убитой? По-моему, на ней юбка из такой ткани.

— Она была порвана?

— Честно говоря, не помню, сэр. Но могу попросить нашего врача, чтобы он проверил.

— Будьте добры. И если ее юбка цела, то, возможно, это означает, что…

— … это убийца оцарапался! — радостно догадался сержант.

— Именно. К сожалению, невозможно определить, кому именно может принадлежать кровь на этом гвозде, но, надеюсь, ваш доктор сможет выяснить хотя бы, кровь ли это вообще. Если да, то мы имеем кое-какую зацепку…

Сержант задумался на секунду и с огорчением сказал:

— Но ведь на Гилберте надето только нижнее белье!

— И что это вам подсказывает?

Сержант подумал еще и сказал:

— Он мог раздеться после того, как спрятал тело.