— Я знал, что вы меня поймете, — грустно улыбнулся Барнетт. — Думаю, и Грейс сразу прониклась доверием к вам обоим. Мне сказали, что вы были с ней дружны.

— Я бы это так не назвал.

— Но вы, мисс Кроуфорд, рисовали ее портрет. Наверное, вы разговаривали с моей женой во время ваших сеансов.

— О, — замялась Патрисия, потому что вдруг почувствовала, как дядин ботинок уперся в ее туфлю.

— Кажется, ваша супруга в основном расспрашивала мою племянницу о ее учебе, — невозмутимо сказал сэр Уильям. — Не правда ли, дорогая?

Девушка молча кивнула.

— Жаль, — вздохнул Барнетт. — Мне было бы отрадно узнать, как Грейс провела последние дни.

— Сожалею, но мы едва успели познакомиться и перекинуться несколькими фразами.

— А портрет, мисс Кроуфорд? Мне бы очень хотелось взглянуть на него.

— Он не закончен, — смущенно сказала Патрисия. — И потом, его забрала полиция.

— Опять полиция! — возмутился мужчина, но тут же снова продолжил мягким тоном: — Что ж, спасибо, что выслушали меня. И простите, что навязался вам со своими излияниями.

— Не стоит, — сдержанно отозвался пожилой джентльмен.

Барнетт тряхнул головой, как бы завершая грустную тему, и предложил:

— Не попросить ли чаю? Когда я сейчас проходил по коридору, то уловил умопомрачительный аромат свежеиспеченных булочек.

— Будьте так любезны.

— Дядя, почему ты разговаривал с ним так сухо? — недоуменно спросила Патрисия, когда мужчина скрылся за дверью гостиницы. — По-моему, мистер Барнетт искренне скорбит!

— Не могу отделаться от впечатления, — задумчиво произнес сэр Уильям: — когда леди Кларк сообщила ему о смерти жены, мне показалось, что он был потрясен не тем, что нашли тело, а тем, что тело нашли…

Стоило упомянуть имя леди Кларк, как дама выплыла на террасу.

— Мистер Барнетт сегодня — само обаяние, — заявила она, недоверчиво качая головой. — Он обещал позаботиться, чтобы нам всем принесли чаю. Весьма неожиданно. И весьма кстати.

Не дожидаясь приглашения, леди Кларк уселась за стол рядом с сэром Уильямом и его племянницей. Через минуту к ним присоединился Оливер Барнетт, а вскоре горничная принесла чай и булочки.

Булочки оказались маленькими — не больше мячика для настольного тенниса — и еще горячими. Патрисия раздумывала, не взять ли ей третью, когда терьер, мирно дремавший на коленях у хозяйки, вдруг проснулся, заерзал и начал поскуливать.

— Ну-ну, Реджи, что с тобой? — ласково прогудела леди Кларк. — А, ты увидел твоего любимого полицейского инспектора! Ну иди, поздоровайся!

На лестнице, ведущей к террасе, показались инспектор Найт и сержант Бейли. Терьер соскочил со своего ложа и помчался к ним. Сержант поспешно спрятался за спиной Найта, хотя мог бы этого и не делать: на этот раз Реджи его проигнорировал, чтобы выразить бурную радость от встречи с инспектором. Тот подхватил его на руки и, со смехом отворачиваясь от его поцелуев, вернул хозяйке.

При появлении полицейских поведение Оливера Барнетта изменилось. Он нахмурился и поинтересовался требовательным тоном:

— Вероятно, у вас есть успехи? Я вижу, вы в прекрасном настроении.

— Мы предпринимаем все необходимые шаги, — спокойно ответил инспектор.

— Любопытно узнать — какие? Вот, например, вчера вы так пристально разглядывали те злосчастные записки. Это вам что-нибудь дало? Вы пришли к каким-то выводам?

— Безусловно.