В ответ на это впечатляющее, как мне казалось, заявление брат лишь чуть-чуть приподнял брови с выражением стоического терпения на лице.

– В багажном вагоне стояла бутылка, ты помнишь? – продолжал я. – Прямо у боковой двери. Вот тебе и вся дедукция. Наполовину пустая бутылка и наполовину налившийся виски проводник багажного вагона. Этот Пецулло, наверное, открыл боковую дверь, чтобы отлить, подышать свежим воздухом или поблевать, как ты, и… фьють! Поезд дернулся, и бедолага полетел прямо под колеса. Ничего особенно загадочного. И что теперь делать? Арестовать бутылку?

Старый покачал головой. Но не для того, чтобы ответить на мой вопрос, а скорее чтобы показать, насколько разочарован услышанным.

– Фьють, да?

Я пожал плечами.

– Почему нет?

– Потому что та бутылка стояла. – Густав посмотрел на меня и замолчал в ожидании ответа, но я не знал, что сказать. – Как вышло, – наконец заговорил братец, не дождавшись от меня ничего, кроме непонимающего взгляда, – что, когда поезд резко затормозил и пассажиры повалились как кегли, полупустая бутылка у открытой боковой двери не только не выкатилась наружу, но даже не упала?

– Ох, – сказал я. – Твою ж мать.

Видимо, кто-то поставил туда бутылку уже после того, как поезд остановился, причем поставил с единственной целью: заставить тупиц вроде меня сделать неверный вывод.

Не говоря ни слова, я опустился на корточки и вытащил из саквояжа кольт.

– Ничего особенно загадочного, – проворчал брат, пока я пристегивал кобуру. – Элементарно.

Когда я был готов, Старый повернулся к двери и повернул ручку.

Точнее, попытался повернуть. Дверь в багажный вагон была заперта.

– Вот зараза… а у меня ни отмычки, ни проволоки, – насупился Густав.

– Может, просто постучать?

– Лучше не объявлять о нашем приходе.

Старый еще раз подергал ручку, будто та могла сжалиться и открыть нам сама. Но ручка не сжалилась.

– Проблемы, джентльмены?

Мы обернулись и обнаружили вошедшего в тамбур Кипа. При виде наших блях и револьверов парнишка-разносчик тихо присвистнул.

– Ого… так вы и правда железнодорожные сыщики.

Его наша экипировка явно впечатлила – я же почувствовал себя полным идиотом. Бляха у меня на груди казалась дурацкой детской забавой, вроде маскарадного костюма. Надо привыкнуть носить ее.

– Хотите попасть в багажный вагон? – спросил разносчик.

– Ага. Служебное дело, – ответил Старый, ничуть не смущаясь.

– Могу вас впустить. – Кип поставил на пол ящик со всякой всячиной и принялся рыться в карманах. – Я храню товар в багажном вагоне, поэтому у меня есть мастер-ключ.

Глаза у Густава вспыхнули, точно раскаленные угли.

– Мастер-ключ? То есть ключ от всех замков?

– Так точно. В бригаде он у всех есть. Откроет любую дверь в поезде.

– Значит, у всех? – пробормотал Старый, и огонь в его глазах подернулся пеплом: братишка опять впал в задумчивый транс.