Я враскорячку переместился вбок и нашел бирку на втором гробе.

– А сосновый ящик… да будь я проклят!

Старый высунул голову из-за потертого сундука:

– Это еще почему?

– Потому что гроб зарегистрирован на имя доктора Гэ Ву Чаня из Сан-Франциско.

– Хм… тогда будь и я проклят. – И Густав снова исчез из виду.

– Что он там ищет? – спросил меня Эль Нумеро Уно. – Вы же не думаете, что убийца в поезде?

– Это два разных вопроса, – заметил я. – Ответ на первый: не знаю. А на второй… не знаю.

– Что ж, если где-то рядом прячется убийца, я рад, что сижу здесь связанный с двумя охранниками, – ухмыльнулся хобо. – Как ни странно, я в самом безопасном месте на этом поезде.

И конечно, в тот самый момент мой брат испустил леденящий кровь вопль.

Глава двенадцатая. Необычный груз, или Мы находим подколодную змею, и не одну

Метнувшись в залежи багажа, я умудрился задеть плечом один особенно шаткий штабель и вскоре завопил уже сам, прижатый к полу лавиной чемоданов, мешков и сундуков.

– Что случилось? – крикнул Эль Нумеро Уно.

– Ничего такого, чем можно похвастаться, – простонал я из-под груды тюков.

Через секунду мне помог подняться тот самый человек, на помощь которому я так спешил.

– В следующий раз, – выдохнул Старый, запыхавшийся от натуги, – просто спроси, жив ли я.

Я потер затылок, на котором осталась внушительная шишка от мешка, набитого, судя по всему, молотками. Опустив глаза, чтобы найти едва не покалечившую меня поклажу, я обнаружил очень знакомую седельную сумку.

Меня отправила в нокдаун моя же рукопись.

Раньше я думал, что мечты не отягощают человека, а, наоборот, окрыляют, вроде того как горячий воздух поднимает воздушный шар. Теперь я знаю правду. Мечта может весить с десяток фунтов, и когда она падает тебе на голову, это больно.

– Знаешь, – заметил Густав, – она бы не стукнула тебя по голове, если бы ты…

– Ну да, ну да, а то я не знаю. Какой смысл повторять одно и то же.

– Смысл в том, чтобы ты наконец уже отправил свою проклятую рукопись в «Харперс»: давно пора.

– Можно поговорить об этом в другой раз? – Я взглянул за плечо брата. – Клянусь, я слышал, как там визжала маленькая девочка. Ты ее, случайно, не видел?

– Пошли, – проворчал Старый. – Посмотрим, как ты запоешь, когда сам увидишь.

Он повел меня в темный угол вагона.

– Я кое-что заметил. – Густав сморщился, посмотрев на беспорядочное нагромождение багажа, оставленное нами позади. – Теперь уже не раскопать, спасибо тебе большое. След вел вот сюда… и тут я наткнулся на это. – Он указал на странный ящик, высотой примерно нам по пояс, в ближайшем штабеле.

В одной из сторон виднелась небольшая, закрытая на задвижку дверца, затянутая проволочной сеткой. В полумраке едва можно было разглядеть внутри кучу опилок и не то моток веревки, не то свернутый кожаный кнут.