О, это уж слишком… Он намекает на то, что будет и продолжение! Фелисия попыталась успокоиться. Флинн нежно гладил ее по спине, пока дрожь не унялась, исподтишка наблюдая, выжидая, прежде чем поднять ее на руки.

– Прости.

– Ты не виноват. Я просто не очень опытна во всем этом.

– Ты чересчур долго была одна.

– Тебе неприятно?

– Отнюдь, кроме того, у нас впереди вся ночь.

– Вся ночь? – встревожилась она. – Но я не могу.

– Почему?

Флинн не собирался отпускать женщину, не отведав всех ее прелестей сполна.

– Мои слуги будут беспокоиться.

Он постарался скрыть потрясение.

– Пошли им записку.

– Но что они подумают?

Сев на матрас, Флинн притянул ее к себе на колени и мягко объяснил:

– Дорогая, это всего лишь слуги. В данном случае записки более чем достаточно.

– Они скорее друзья.

– Друзьям тоже придется довольствоваться запиской. Напиши, а я вызову посыльного, – предложил он.

– Прости.

Стараясь игнорировать тяжесть в паху, он великодушно отмахнулся:

– Это не проблема.

– Мне правда очень жаль, – пробормотала она, не сводя глаз с его бедер.

– Я могу подождать.

– Ты правда очень мил.

– Посмотрим, сможешь ли ты повторить это утром, – усмехнулся он. – Я не дам тебе спать всю ночь.

Открыв ящик стола, он вынул листок бумаги и конверт.

– Правда? Всю ночь? Ты не… шутишь?

Весело блеснув глазами, Флинн поднял ручку с письменного прибора.

– Даю слово.

Фелисия глубоко вздохнула.

– Я ошеломлена.

– Поверь, это будет лучше, чем тебе представляется.

Он захватил чернильницу и двинулся к кровати.

– Лучше?

– О да, это я могу гарантировать.

Он не чувствует ни малейшей неловкости от своей наготы!

– Потому что ты часто это делаешь и знаешь о женщинах все?

– Потому что ты необыкновенная и интригуешь меня, и я готов вспахивать тебя всю ночь.

– О Боже…

Почему то грубость не оскорбила ее, а наоборот, где то в глубине, в самом сокровенном месте, вспыхнул огонь.

– Пиши, – тихо скомандовал Флинн, сунув ей в руку перо и чернила. Фелисии приходилось сдерживать себя, чтобы не коснуться его могучей плоти.

Подойдя к телефону, Флинн спросил:

– Хочешь, чтобы записку передал родственник твоего слуги?

Фелисия поколебалась, не желая обнаруживать перед посторонними свои слабости. С другой стороны… учитывая то, как быстро распространяются новости, ее пребывание в номере принца Уэльского уже наверняка известно всем. Лучше уж пусть придет тот, кого она знает, по крайней мере сплетни не будут такими злобными.

– Вызови Клода, – попросила она, продолжая писать.

Герцог Графтон быстро бросил несколько слов на безупречном французском, и Фелисия подумала, что сама она ни за что не смогла бы противиться этому мягкому, но властному голосу. Коротко ответив на вопросы, он повесил вычурную трубку и с улыбкой повернулся к Фелисии:

– Похоже, Клод ждал, что его позовут. Как мне удалось выяснить, твой Даниель уже ищет тебя.

– Какой кошмар! Я сейчас умру от стыда. Наверное, все уже знают.

– Меня заверили, что твое присутствие будет сохранено в тайне.

– Да кто же ты, в конце концов? – выпалила Фелисия, глядя на него широко распахнутыми глазами. – Почему штат отеля так услужлив?!

– Я много проигрываю в казино.

– Значит, не скажешь, – огорчилась она, подписавшись под несколькими короткими фразами.