– Очевидно, и не покажется, – сказал Блэйк. – Впрочем, это счастье, что мы от него отделались. Он большой трус.

– Почему вы относитесь к этому человеку с такой антипатией? Вы что… уверены, что убийца он?

– Нет, я уверен только в том, что он трус, предатель и вор. Скажите, – Блэйк подошел к самому скользкому пункту своего разговора с адвокатом, – а не может ли настоящей убийцей быть сама Джоанна Фелдстоун?

Додж откинулся на спинку стула.

– Я все время ждал этого вопроса от вас, – спокойно ответил он. – Совершенно ясно, что именно леди Фелдстоун была бы главной наследницей имущества отца, не женись он на леди Невилл.

Беседа адвоката и Блэйка длилась недолго: помощник банкира объявил, что с визитом к сыну явились родители.

– Сэр! – громко провозгласил он и тихо добавил: – К вам граф и графиня Хардинг.

Из за спины молодого человека на Блэйка смотрела улыбающаяся мать и мрачный отец. Он знал, что заставило родителей прийти к нему с визитом в банк.

Граф молча пересек кабинет, в то время как графиня подошла и нежно обняла сына.

– Ты прекрасно выглядишь, – проворковала она. – Но Блэйк… по городу ползет слух… что ты женился на леди Гудвин.

– А что, если я действительно женился? – спросил Блэйк.

– Дорогой мой, – покачала головой графиня, – я так беспокоилась, что ты не найдешь себе достойной пары и проживешь всю жизнь один… Я, конечно, заметила ваш взаимный с леди Гудвин интерес. Я, несомненно, огорчена, что существует значительная разница в вашем социальном положении. Свадьба создаст трудности для вас. Но я твоя мать, я хорошо знаю и понимаю тебя.

Блэйк не был удивлен, что графиня не отвергла его выбор. Она всегда была великодушной и либеральной матерью. Виконт был пристыжен. Он не хотел говорить матери правду о том, что брак его носит временный характер и будет расторгнут, едва бывшей леди Гудвин перестанет грозить смертная казнь. Отец хранил недовольное молчание.

– Мама, – обратился Блэйк к графине, – по видимому, вас все таки более волнует не то, что Виолетте удалось стать одной из нас, а то, что ее девичья фамилия Купер и она родилась и выросла в Ист Энде?

– Блэйк, мальчик мой, если бы я знала о Виолетте понаслышке и никогда бы не видела ее, я бы беспокоилась о тебе. Но я знакома с ней лично. Я видела, что она изменила самое себя и свою жизнь. То, что она совершила, достойно восхищения, а не презрения. – Улыбка увяла на губах графини. – Правда, мне бы хотелось, чтобы Джон сохранил силу и здоровье. Мне было бы приятно, если бы сейчас он смог быть с нами.

– Я не теряю надежды, мама, – сказал Блэйк.

– А я бы хотел, чтобы меня уведомляли о важных семейных торжествах заранее и не таким вызывающим образом, – выступил вперед граф. – Я не одобряю того, что сын даже не попросил моего благословения. Скажи, сынок, когда же состоялась церемония бракосочетания?

– Вчера утром.

– Скажи, а была ли реальная причина для такой спешки?

– Я не проявил неблагородства по отношению к леди Виолетте, если вы имеете в виду это, – вспыхнул Блэйк.

– Ты еще осмеливаешься осуждать меня за то, что я сказал? – повысил голос граф. – Я полагаю, это она заставила тебя жениться на себе.

– Нет, она здесь ни при чем. У нас были серьезные основания для спешки и для тайны. Я должен быть откровенен с вами, пожалуйста, присядьте.

Графиня мягко опустилась в кресло. Граф сделал вид, что не заметил приглашающего жеста сына.