— Это вы Отис Бигл? — грозно спросил шеф полиции Коблер.

— Ха-ха, — рассмеялся Бигл. — Ну разумеется, я. Я тоже состою в этом клубе… между прочим.

— То-то я и смотрю, что лицо уж больно знакомое.

— Он говорил, что у вас с ним вот такие отношения, — подал голос лейтенант Рафферти, поднимая два плотно сжатых пальца.

— Заткнитесь, Рафферти! — рявкнул Коблер. — Слушайте, Бидл… Бигл или как вас там… А что это за история насчет представления интересов двоих клиентов по одному и тому же делу?

— Кто? Я? Я никогда не решился бы на такое.

— Не решились бы?

— Разумеется, нет. Ведь это же неэтично, это все равно что адвокат вдруг взялся бы представлять обе стороны по одному делу…

Шеф полиции Коблер хмыкнул:

— Ладно, Рафферти. Теперь выкладывайте, что там у вас.

Рафферти сделал шаг вперед, и в его глазах появился зловещий блеск.

— Люсиус Кронк был вашим клиентом, не так ли, Бигл?

— Совершенно верно, но так как он мертв, то у меня не было никаких оснований отказывать другому клиенту…

— И кто этот ваш клиент?

Бигл кашлянул. В клубной библиотеке было довольно душно.

— Бертрам Фаулер.

— А как насчет… Тома Брета?

Отис Бигл на мгновение закрыл глаза:

— Том Брет? Что-то не припоминаю…

— Я сказал — Брет, это тот самый человек, что снимал дом, в котором был убит Кронк.

— А… Брет. А что насчет его?

— Вот об этом я у вас и хочу спросить. Вы ведь и его интересы представляете?

— Ну что вы! Это было бы неэтично с моей стороны.

— Мы вас предупреждали, — отчеканил Рафферти.

— Хватит ходить вокруг да около, Бигл, — вмешался шеф полиции Коблер. — Брет либо является вашим клиентом, либо нет. Так как же?

— Нет, — с замиранием сердца ответил Бигл.

Рафферти снова взял инициативу в свои руки.

— Помните тот камешек, который ваш приду… ваш напарник поднял в доме у Брета? Знаете, что это было?

— Пил сказал, что какая-то руда.

— Он сказал, что это золото. Но это было не золото. А серебро. И знаете, как я это выяснил?

— Короче, Рафферти, — не выдержал Коблер. — Просто скажите ему то, что вы доложили мне.

— Хорошо, сэр. Я подумал, что это может иметь некое отношение к расследуемому делу, и тогда я отвез образец на анализ к пробирщику, некоему Уилкоксу из Ван-Нойс…

Бигл тихонько охнул.

— Уилкокс, — продолжал Рафферти, — весьма заинтересовался нашим образцом. Выяснилось, что он только что производил анализ похожего, хотя и гораздо большего куска руды, который был передан ему человеком, по описанию в точности похожим на вас, Бигл.

— Совершенно верно, мне в руки попал кусок серебряной руды, и я продал его этому пробирщику. Что же в этом незаконного?

— И откуда у вас взялась руда?

— От одного старателя.

— Уж не от Тома Брета ли? Потерпите немного, позвольте рассказать всю историю до конца. После разговора с Уилкоксом я отправился к вам, Бигл. Я переговорил с лифтерами и продавцом из газетного киоска. И выяснил-таки, что в здание входил некий человек с мешком, в котором, по-видимому, находился некий довольно тяжелый предмет, и что примерно через час вы, Бигл, вышли из здания и в руках у вас был все тот же самый мешок. Итак, кто был тот человек?..

— Старатель. Он… мой старинный приятель.

— Хватит отпираться, Бигл, — раздраженно проговорил Рафферти. — У меня есть словесный портрет этого человека.