Я посмотрел на новичков:

— Ваш процент — два медяка с десятка. Матвей подсчитает, выдаст завтра. Честно заработали.

Тимка кивнул, пытаясь не улыбаться. Не вышло — губы сами поползли вверх.

«Растём. План работает».

* * *

Вечером, когда все наелись досыта за общим столом и начали расходиться по своим комнатам отдыхать после тяжёлого трудового дня, в дверь неожиданно постучали.

Негромко, вежливо. Три размеренных стука.

Я открыл на пороге стоял мастер Митрич, а за ним стоял его молодой помощник, крепкий парень лет восемнадцати. Оба они тащили что-то большое, объёмное и явно тяжёлое, обёрнутое в грубую холщовую ткань.

— Добрый вечер, Александр, — сказал Митрич с широкой доброй улыбкой. — Извини что поздно. Принёс первые матрасы, как ты заказывал. Остальные буду набивать и приносить по мере готовности.

Дети, услышав через открытую дверь волшебное слово «матрасы», мгновенно высыпали из своих комнат шумной любопытной гурьбой.

— Матрасы⁈ — Маша прижала руки к груди, глаза её округлились от восторга и предвкушения. — Настоящие матрасы⁈ Нам⁈

— Самые настоящие, девочка, — кивнул Митрич с доброй улыбкой. — С соломой свежей, с тканью добротной прочной. Спать на них будете как настоящие купцы в своих домах.

Помощник Митрича внёс матрасы внутрь, положил их аккуратно на пол посреди комнаты. Дети мгновенно окружили их плотным кольцом, щупали руками, тыкали пальцами, проверяя мягкость, гладили ткань, не веря своему невероятному счастью.

— Они такие мягкие! — восхищённо пищала Маша, прижимаясь щекой к ткани.

— И пахнут хорошо!

— Я хочу на таком спать!

— И я!

Я стоял в сторонке, смотрел на эту картину детского восторга от такой простой вещи, и невольно улыбался.

Подошёл к Митричу, достал кошелёк:

— Мастер, ещё семь таких же нужно. Сможешь?

Митрич почесал затылок:

— Ого! Засыпал меня заказами, — Митрич улыбнулся. — Сделаю, Александр, не сомневайся.

— Сколько?

Он назвал цену. Я отсчитал монеты, добавил сверху:

— Аванс. Остальное — когда привезёшь.

— Спасибо, Александр, — кивнул Митрич, пряча деньги. — Хорошее дело делаешь. Детям — нормальную жизнь.

— Стараюсь.

Митрич с помощником ушли. Дети всё ещё возились с матрасами, щупали, пробовали лежать.

«Новая жизнь. Шаг за шагом».

* * *

Поздним вечером, когда дети наконец угомонились и уснули, я сидел в тишине за столом на кухне. Перед мной лежали записи Матвея.

Считал внимательно, планировал, прикидывал цифры.

«Завтра нужно значительно больше теста. Намного больше начинки. Пятнадцать продавцов — это очень серьёзно, это совсем другой масштаб производства. Нужно минимум три полных мешка муки, две хорошие четверти свежего мяса…»

Записывал, прикидывал пропорции, считал до глубокой поздней ночи, пока не начали слипаться глаза.

План постепенно складывался в голове, обретал чёткие очертания.

* * *

Угрюмый

Бык, сразу отправился к шефу и теперь стоял перед столом навытяжку, докладывал коротко и строго по делу:

— Четверо напали возле харчевни Фомы. Мы отбились быстро, Александр не пострадал. Городская стража прибыла через несколько минут, опросила свидетелей. Все подтвердили единогласно — мы только защищались, напали первыми люди Фомы. Официальных претензий к нам нет, всё чисто. Торговец после этого продал абсолютно все свои пирожки под аплодисменты толпы за десять минут. Народ на нашей стороне полностью.