— Согласен. Дай распоряжение Семёну Кречетову. Пусть действует тихо, через подставных лиц.

— Будет исполнено. Далее — спор между цехом кожевников и цехом сапожников о поставках. Кожевники подняли цены, сапожники отказываются платить. Обе стороны требуют вмешательства гильдии.

Белозёров поднял взгляд — холодный, оценивающий:

— Пусть договариваются сами. Если через неделю не придут к соглашению — введу фиксированную цену сам. Невыгодную для обоих. Поймут быстро.

— Понял, глава. — Помощник перевернул страницу. — Купец Ярослав Рыжий просит разрешения на открытие новой лавки в Торговом квартале. Предлагает уплатить вступительный взнос и ежемесячную пошлину.

— Рыжий… — Белозёров задумался на секунду. — Тот, что торгует пряностями с Востока?

— Да, глава.

— Откажи. У него долги перед ростовщиком Фёдором. Пока не расплатится — никаких новых лавок. Не хочу, чтобы он обанкротился посреди квартала и опозорил гильдию.

— Будет передано.

Помощник перевернул ещё одну страницу, продолжил:

— Два мелких происшествия. Пожар в кузнице на Железной улице — обошлось без жертв, кузнец отделался ожогами. Городская стража задержала троих карманников на ярмарке, двое из них — члены банды Кривого Ильи.

— Кривой снова активизировался? — Белозёров нахмурился чуть заметно. — Передай через наших людей: если его воры будут попадаться на территории рынков, контролируемых гильдией, я лично прослежу, чтобы его выгнали из города. Пусть грабит где хочет, но не там, где мои купцы торгуют.

— Понял, глава.

— Дальше.

— Ещё одно происшествие, — помощник перевернул последнюю страницу. — Вчера вечером зафиксирован инцидент в Ремесленном квартале. Член гильдии низшего ранга, владелец харчевни «У Фомы», подал официальную жалобу. Его заведение было насильственно закрыто людьми криминального лидера, известного как Угрюмый. Дверь и окна заколочены досками. Сам Фома избит, хотя и без видимых следов. Профессиональная работа.

Белозёров поднял взгляд. Теперь — внимательный, заинтересованный:

— Фома… Член гильдии?

— Да, глава. Низшего ранга, платит взносы исправно. Заведение небольшое, но прибыльное. Жена, трое детей.

— Причина закрытия?

Помощник достал из кармана свёрнутый лист бумаги, развернул:

— По показаниям свидетелей, позавчера Фома послал четверых своих людей напасть на уличного торговца пирожками, который торговал возле его харчевни. Торговец оказался под покровительством Угрюмого. Нападавших быстро нейтрализовали, стража подтвердила законность обороны. Вечером люди Угрюмого пришли к Фоме. Заколотили заведение, избили его самого и четверых громил. Демонстративно, на глазах у прохожих.

Еремей Захарович слушал неподвижно. Пальцы механически постукивали по столу. Тук. Тук. Тук.

— Угрюмый действовал лично?

— Нет. Он послал помощника с тремя людьми.

Пауза.

— А этот уличный торговец. Кто он?

— Точных данных пока нет, глава. Известно только, что появился в городе недавно, может месяц назад не раньше. Торгует пирожками на улицах. Качество, судя по слухам, очень хорошее. Цены ниже, чем у Фомы и других харчевен.

Белозёров встал из-за стола, прошёлся к окну. Посмотрел на город внизу — крыши домов, улицы, площади. Это был его город. Его территория.

— Угрюмый, — произнёс он раздумчиво, не оборачиваясь. — Король помойки. Слободка — его навозная куча, где он правит нищими, ворами и бандитами. Я терпел его, пока он держался в своих границах, но теперь…

Пауза.

— Теперь он выползает оттуда. В Ремесленный квартал.