Шафт хотел было ударить уборщика левой в живот, но и эта рука оказалась молниеносно блокирована проворным противником.

Негр впервые в жизни столкнулся с человеком, сумевшим одновременно обездвижить обе его руки, – на мгновение этот факт поразил его. Однако уже в следующий миг Шафт попытался отбиться, нацелив свое колено в пах Лихонина.

Уборщик вовремя увернулся и от этой атаки, но ему пришлось с силой оттолкнуть негра назад. Шафт едва не повалился на пол, но все-таки удержался на ногах, затем сгруппировался и резким рывком вцепился обеими руками в мощную шею Лихонина.

Уборщик беззвучно захрипел и, сжав кулак, с силой ударил Шафта в живот. Негр завопил от боли и тотчас отцепился от Лихонина.

Теперь пришла очередь атаковать уборщику. Хорошо поставленными боксерскими ударами он принялся загонять Шафта в угол. В конце концов негр заорал, пригнулся и, схватив Лихонина на руки, побежал с ним через весь павильон.

Резко остановившись вблизи декораций, Шафт навалился на Лихонина, и оба силача рухнули на пол. Даже придавленный тяжестью огромного негритянского тела, Лихонин легко бы скинул его с себя и взял реванш, но Шафт внезапно прибегнул к еще одному запрещенному приему. Он вскинул голову и несколько раз ударил ею уборщика в лицо.

Кровь залила лицо Лихонина. Негр вскочил на ноги, перевернул уборщика на живот, заметил неподалеку моток веревки и быстро связал противнику руки и ноги.

После этого африканец поспешил к лежащей без чувств Маргарите Николаевне.

Заметив прямо возле нее голову Шары, Шафт в ужасе отпихнул ее ногой. Голова покатилась прочь.

Негру впервые в жизни приходилось приводить женщину в чувства. Не придумав ничего лучше, он дал Маргарите Николаевне звонкую пощечину.

Маргарита Николаевна немедленно очнулась и испуганно уставилась на склонившееся над ней окровавленное лицо Шафта.

– Марго звонить в милицию, – прошептал он. – Шафт поймать убийцу массы.

Видимо, негр был в таком состоянии, что позабыл, как правильно склонять русские глаголы. Через несколько секунд он тоже потерял сознание.

113

– Мне очень жаль, Маруся, – упавшим голосом произнес майор Жаверов, не поднимая на девушку глаз, – но я бессилен что-либо сделать.

– Ах, вы бессильны?! – с презрением воскликнула она.

Майор поднял на нее глаза:

– Маруся, поймите, его задержали на месте преступления…

– Да кто задержал-то? – вспылила девушка. – Презренный негр! Может, он сам и есть настоящий убийца!

– Все может быть, – фальшивым голосом поддакнул Жаверов. – Но у Шафта есть свидетельница…

– Она с ним заодно! – выкрикнула Маруся. – Вы же сами говорили, что их несколько…

– Даже если я с вами соглашусь, – проговорил майор, – я… не имею права… мне никто не позволит… Я не могу отпустить вашего дядю даже на время, под подписку о невыезде… Он подозревается в слишком тяжких преступлениях…

– Которых он не совершал, – прошипела девушка.

– Возможно, – кивнул Жаверов. – Это выяснится на суде.

– Возможно? – еще больше повысила голос Маруся. – Так вы мне не верите?

– Маруся, – чуть не плача проговорил майор, – вам я верю больше, чем себе… Но вы же сами не можете знать наверняка, что ваш дядя ни в чем не виноват…

– Однако я это знаю! – возразила девушка. – И даже если бы я была не уверена… Неужели вы неспособны сделать хоть что-то ради меня?

– Что именно? – прошептал Жаверов.