|
- О! - Фаршированные свиные ушки не хрустели на зубах. - О! - Каплун с рисом совершенно не имел аромата. - Боже праведный! - Раковый суп был чересчур жирный! - Милостивое небо! - На поверхности плавал жир, он до сих пор стоит у меня в желудке. - Шико, Шико! - вздохнул дом Модест таким же тоном, каким умирающий Цезарь взывал к своему убийце: "Брут! Брут!" - Да к тому же у вас нет для меня времени. - У меня? - Вы мне сами сказали, что заняты делами. Говорили вы это, да или нет? Не хватало еще, чтобы вы стали лгуном. - Это дело можно отложить. Ко мне должна прийти одна просительница. - Ну, так и принимайте ее. - Нет, нет, дорогой господин Шико. Хотя она прислала мне сто бутылок сицилийского вина. - Сто бутылок сицилийского вина? - Я не приму ее, хотя это, видимо, очень важная дама. Я не приму ее. Я буду принимать только вас, дорогой господин Шико. Она хотела у меня исповедоваться, эта знатная особа, которая дарит сицилийское сотнями бутылок. Так вот, если вы потребуете, я откажу ей в моем духовном руководстве. Я велю передать ей, чтобы она искала себе другого духовника. - Вы все это сделаете? - Только чтобы вы со мной позавтракали, господин Шико, только чтобы я мог загладить свою вину перед вами. - Вина ваша проистекает из вашей чудовищной гордыни, дом Модест. - Я смирюсь душой, друг мой. - И вашей беспечной лени. - Шико, Шико, с завтрашнего же дня я начну умерщвлять свою плоть, заставляя своих монахов ежедневно производить военные упражнения. - Монахов? Упражнения? - спросил Шико, вытаращив глаза. - Какие же? С помощью вилки? - Нет, с настоящим оружием! - С боевым оружием? - Да, хотя командовать очень утомительно. - Вы будете обучать своих монахов военному делу? - Я, во всяком случае, отдал соответствующие распоряжения. - С завтрашнего дня? - Если вы потребуете, то даже с сегодняшнего. - А кому в голову пришла мысль обучать монахов военному делу? - Кажется, мне самому, - сказал Горанфло. - Вам? Это невозможно. - Это так, я отдал такое распоряжение брату Борроме. - А что это за брат Борроме? - Ах, да вы же его не знаете. - Кто он такой? - Казначей. - Как же у тебя появился казначей, которого я не знаю, ничтожество ты этакое? - Он попал сюда после вашего последнего посещения. - А откуда он у тебя взялся, этот казначей? - Мне рекомендовал его монсеньер кардинал де Гиз. - Лично? - Письмом, дорогой господин Шико, письмом. - Это не тот, похожий на коршуна монах, которого я видел внизу? - Он самый. - Который доложил о моем приходе? - Да. - Ото! - невольно вырвалось у Шико. - Какие же такие качества у этого казначея, получившего столь горячую рекомендацию от кардинала де Гиза? - Он считает, как сам Пифагор. |
