– Не слушай ее,- поспешила Леля успокоить посеревшего с перепугу (в смысле приобретшего пепельный оттенок кожи) черта.- Это она так шутит.

    – Шучу,- согласилась блондинка.- Но прошу заметить – он первый начал.

    – Ай-яй-яй! – Схватившись за голову, черт снова включил голосовую сирену.- Сирота я сирота, никто меня не любит, никто не приголубит, все только обижают-оскорбляют.

    – Как сирота? – удивился я.- Когда? Ты ведь говорил…

    – А если не сирота, то обижать можно? – насупился страдалец.

    – Давай мириться,- предложила Ламиира.- Мир?

    – Мир,- согласился черт.- Я сейчас.

    Хлоп! И исчез.

    – Куда это он? – удивился Добрыня.

    Высказать свои предположения не успел никто.

    Хлоп! Появился черт, с сияющей улыбкой до ушей

    и роскошным украшением из перьев а-ля сиу (которые из-за эффектности предпочитают показывать в вестернах), и протянул дымящуюся трубку.

    – Раскурим мировую?

    Нехотя, но согласились все.

    Затянувшись, я зашелся в надсадном кашле, от которого, казалось, легкие покинут свою клетку из ребер и вырвутся на свободу.

    – Ты где эту гадость взял? – нормализовав дыхание, первым делом поинтересовался я.

    – Так я в музей один заскочил. Там и трубка вот эта была, рядом с портретом усатого мужика.

    – А…-начал было я, но почему-то уточнять, какой именно музей посетил черт, не стал. Хватило одного взгляда на торчащую у него из рук пачку «Герцеговины Флор».

    Когда прокашлялись все присутствующие, черт с сожалением на лице, к великой радости остальных, выбил трубку и отложил в сторонку.

    – Вернемся к прерванному разговору,- предложил я.- Что это за странное место и как нам попасть на противоположный берег, где должны находиться врата,

    через которые мы проникнем в ад?

    Для всех страдающих склерозом,- черт покрутил черенком трубки у виска,- поясню. Мы находимся на берегах Стикса, что вам,- нечистый тычет пальцем на меня и Ламииру,- должно быть известно.

    – Я с Аидом не общалась,- пожала плечами блондинка.

    – Но нам нужен наш ад, а не древнегреческий,- вполне резонно заметил Добрыня.

    – Ад един,- назидательно заявил черт.- И сколько бы ни было дорог, они все ведут туда.

    – Ложь! – гневно вскочил ангел-истребитель.- Все дороги ведут в рай.

    Черт привычно изобразил обморок, распластавшись на коленях Ламииры.

    – Не спорьте! Авторитетно заявляю: первоисточник гласит, что все дороги ведут в Рим.

    – А в Риме папа,- резонно заметил Эй.- И значит, я прав.

    – Посмотрим,- черт приподнялся на локтях,- где мы все окажемся.

    – Ты-то точно не в раю.

    – Знать, не все дороги туда ведут,- переворачиваясь на бок и подсунув под щеку кулак, извернулся нечистый.- А вот ты в ад уже попал. И куда ведут все дороги?

    – Будьте терпеливее,-попросил я ангела.-Ведь он черт, дитя преисподней. Сами понимаете, трудное детство, избыток серы не только в ушах, деревянные игрушки…

    – Ужас,- пуская слезу, поддакнул нечистый.