– Херон,- поправляю я.

    – Кто он – не важно,- отмахивается богатырь.- А извиниться нужно.

    – Через «а»,- вносит свои коррективы Ламиира.- Харон.

    Видимо, все же не только с бесплотными душами, спешащими в ад за воздаянием, имел дело лодочник, поскольку сообразил, что сейчас его, возможно, будут бить.

    – Я вас перевезу, с удовольствием,- торопливо заверяет он нас- Мой Хароновозец к вашим услугам.

    Странный у Харона челн, вроде рассчитанный на пару-тройку человек, но вместились мы все с конями и прочей живностью, и еще место осталось, чтобы ноги выпростать. Растяжимый он, что ли?

    Черт намылился было устроиться у Ламииры на руках, но его место занял Пушок, положив на колени свою морду и подставив ухо под нежные пальцы. С Лелей представитель адского пролетариата решил не связываться, имея перед глазами наглядный пример на распухшей щеке Харона.

    – Эй, ухнем… – затянул лодочник, погрузив весло в раскаленную магму.

    Утлая лодочка качнулась, едва не зачерпнув бортами, и неспешно устремилась к полосе розового тумана.

    За спиной что-то звонко плюхнулось в Стикс.

    Обернувшись, я, к своему неописуемому удивлению, увидел, как полупрозрачная личность, ритмично загребая руками, кролем движется нам вслед. Довольно быстро сокращая разрыв.

    Поравнявшись с лодкой, пловец изобразил нам фигуру из трех пальцев типа «На-ка, выкуси!» и, поднимая брызги, рванул дальше.

    Но дед Харон не дремал. Взмахнув веслом, он смачно припечатал им пловца по голове, загнав под лаву. Только пузыри пошли. И, довольно улыбаясь и напевая под нос, тронул лодку, оставив позади -отплевываться – несчастного приверженца плавания кролем в агрессивной среде.

    – Развелось нынче хитрецов, так и норовят бесплатно до ада добраться,- прозрачно намекает перевозчик душ умерших.

    – Мы заплатим,- поспешно заверяю я.

    Войдя в туман, некоторое время мы двигаемся, словно в густом киселе, затем он неожиданно расступается, и пред нами предстает поросший терном противоположный берег Стикса, являющийся уже территорией непосредственно ада.

    Оплатив доставку, мы высадились на прибрежную полосу застывшей лавы и принялись разминать ноги, затекшие от длительного сидения на твердых и почему-то холодных каменных скамьях.

    – Прощайте,-. отталкиваясь от берега, почему-то сердито роняет Харон.

    – Может, еще свидимся?

    – По этой реке плывут лишь в одном направлении,- рассмеялся он. И канул в туман.

    – Начались неприятности,- сказал Дон Кихот.

    – Не,- отмахнулся черт.- Они там.

    – Кто?

    – Неприятности.

    Спросить какие мы не успели. Завыв дурным голосом в три глотки, Цербер сообщил о своем присутствии.

    – Голос у него какой-то голодный,- поежившись, заметила Леля.

    – А вы быстро бегаете? – ни к селу ни к городу спросил черт.

    – Да нет.

    – Значит, недолго ему голодать. До встречи. У меня дела – жена, дети, теща некормленая. Там увидимся.- И помахав ручкой, исчез.

    Рев раздался совсем близко. Щенок подумал немного и тявкнул в ответ. Что тут началось!

    ГЛАВА 26

    Тропами канализационными нехожеными

    Я лаять был бы рад… от тявканья мне тошно.