Я молча подошел к столу и взглянул на схемы. Без этих металлов сдерживающие поля генератора были бы нестабильными. Вся конструкция могла взорваться при первом же включении.

— Сколько времени? — спросил я.

— Минимум две недели, — ответила Алина. — Максимум — месяц. Если найдем альтернативных поставщиков.

— А если не найдем?

Тишина.

Я почувствовал, как раздражение, зародившееся утром из-за неправильного кофе, начало превращаться во что-то более серьезное. Это уже не была мелкая бытовая неприятность. Это напрямую тормозило мой план восстановления лей-линий.

— Логистические трудности, — повторил я тихо. — Отзыв лицензий. Как удобно.

Алина нахмурилась.

— Господин, вы думаете, это не случайность?

— Я думаю, что полагаться на примитивные внешние системы было ошибкой, — холодно ответил я. — Мы зависим от людей, которые не понимают важности нашей работы и могут подвести нас в любой момент.

Я обошел стол, изучая детали конструкции.

— Есть ли альтернативные решения? Можно ли изменить дизайн, чтобы использовать более доступные материалы?

— Можно, — неуверенно ответил Марк. — Но это будет менее эффективно и потребует полной переделки схем. Еще месяц работы, минимум.

— Значит, делайте, — приказал я. — И в следующий раз предусматривайте запасные варианты. Наша работа слишком важна, чтобы зависеть от капризов перевозчиков и бюрократов.

Я развернулся к выходу, но у двери остановился.

— Алина. Найди способ получить нужные материалы через альтернативные каналы. Если официальные поставщики не справляются — ищи неофициальных. Цена не имеет значения.

— Будет исполнено, господин.

Выходя из лаборатории, я чувствовал нарастающее недовольство. Утром — испорченный кофе. Теперь — сорванные поставки критически важных материалов. Два инцидента за одно утро.

Совпадение? Возможно. Но мой опыт подсказывал, что когда неприятности начинают идти чередой, за этим обычно стоит чья-то злая воля.

Пора было собрать совет и выяснить, что именно происходит.

Я собрал экстренное совещание в командном центре. Алина прибыла с планшетом, полным тревожных данных. Лебедев подключился по защищенной связи из столицы, его обычно невозмутимое лицо выражало напряжение.

— Докладывайте, — приказал я, усаживаясь в кресло.

Алина активировала главный экран. На нем появилась карта региона, испещренная красными метками — каждая означала сорванную поставку, отмененный контракт, внезапную «техническую проблему».

— Господин, то, что произошло сегодня утром, — лишь верхушка айсберга, — начала она. — За последние сутки мы зафиксировали двенадцать срывов поставок по различным позициям. Кофе, редкоземельные металлы, специальные удобрения, магические кристаллы…

— Причины? — перебил я.

— Официально — разные, — ответил Лебедев с экрана. — Таможенные проверки, отзыв лицензий у перевозчиков, внезапные аудиты поставщиков. Но если смотреть на общую картину…

Он вывел на экран другую схему — сеть связей между компаниями, банками и регулирующими органами.

— Это скоординированная атака. Кто-то с серьезным влиянием дает «рекомендации» всем, кто с нами работает. Неофициальные, но очень убедительные.

Я молча изучал схему. Картина была ясной — нас душили не грубой силой, а тонко и методично, используя бюрократические механизмы как оружие.

— Кто это может быть? — констатировал я.