Он повел отряд дальше по улице, но сам уже понимал: слова Брока и анализ Кирилла были правдой. Невидимая удавка, накинутая на шею их покровителя, начала затягиваться, и первыми нехватку воздуха почувствовали именно они.

Алхимическая лавка «Ведьмин Котелок» была еще одним чудом возрожденного города. Она открылась всего несколько месяцев назад, и ее появление стало настоящей сенсацией. «Котелок» предлагал столичный уровень и ассортимент. Кристально чистые эликсиры регенерации, боевые стимуляторы, редчайшие реагенты для зачарования — здесь было все, о чем простой региональный Охотник раньше читал только в каталогах.

Хозяйка лавки, молодая и острая на язык женщина по имени Эльвира, была такой же аномалией, как и ее товар. По слухам, она была столичной штучкой, наследницей какого-то разорившегося рода, которая, вместо того чтобы искать богатого мужа, приехала сюда вести бизнес. Она была умна, обаятельна и вела дела с хваткой акулы, пытаясь подмять под себя весь местный рынок алхимии.

Обычно «Ведьмин Котелок» был забит Охотниками, а сама Эльвира, бойкая и веселая, рассказывала о какой-нибудь новинке, но сегодня «Грифонов» встретила удручающая тишина и пустые полки. Аккуратные ряды, где раньше теснились зелья выносливости и регенерации были пусты. Лишь в углу сиротливо стояла бутыль с надписью «Средство от бородавок».

Эльвира сидела за прилавком, подперев щеку рукой, и ее обычно энергичное лицо было усталым и злым.

— Все, что было, скупили еще вчера, — объяснила она, едва взглянув на вошедших. — А новые реагенты из столицы не приходят. Говорят, на складах ФСМБ все проверяет из-за «особого положения» в регионе. У меня у самой только настойка от кашля осталась. Будете?

Дэн с силой ударил кулаком по прилавку.

— Да что за чертовщина! И здесь та же песня!

— Тише, — шикнул на него Влад, но сам чувствовал, как внутри закипает глухая тревога.

— Одними овощами сыт не будешь, — зло пробормотал Кирилл. — Они дают силу и выносливость, спору нет. Но в серьезном Разломе, когда тебе оторвет руку или тварь плюнет кислотой, без лечилок — смерть.

Влад молча кивнул. Он смотрел на пустые полки, на растерянное лицо хозяйки, и впервые за последние месяцы почувствовал себя уязвимым. Их сила, их успех, их новая жизнь — все это оказалось построено на фундаменте, который кто-то невидимый начал методично выбивать у них из-под ног.

* * *

К полудню слухи о тотальном дефиците магических товаров перестали быть просто слухами. Они превратились в лесной пожар, охвативший весь город. И эпицентром этого пожара стал скромный кабинет мэра Воронцовска, Степана Васильевича.

Степан Васильевич был хорошим мужиком. Не гением, не героем, а простым, честным хозяйственником, который любил свой город и десятилетиями с болью в сердце наблюдал за его упадком. Возрождение, которое принесла с собой «Ворон Групп», он воспринял как личное чудо. И теперь, когда этому чуду угрожала опасность, он чувствовал себя так, будто у него пытаются отнять единственного, долгожданного ребенка.

Он стоял у окна своего кабинета, глядя на бурлящую жизнью центральную улицу. Новые, чистые тротуары, яркие вывески, гул голосов и смех — еще полгода назад он и представить себе такого не мог. Он помнил, как ходил по этим же улицам, и видел лишь заколоченные витрины и серые, уставшие лица.

«Он, конечно, странный, этот парень, — думал мэр, вспоминая свое единственное короткое общение с Калевом Вороновым. — Смотрит так, будто ты не человек, а пыль на его ботинке. Ни улыбки, ни теплого слова». Но потом его взгляд теплел. «Зато сын мой, Ванька, его чуть ли не боготворит. Говорит, Хозяин — настоящий мужик, строгий, но справедливый.