Вечером того же дня Стрельников, одетый в дорогой, но неброский костюм заезжего бизнесмена, сидел за стойкой «Тихой Гавани». Он дождался, когда Анна, выглядящая уставшей после очередного дня борьбы с блокадой, сядет за столик в углу с бокалом вина. Он подошел к ней.

— Прошу прощения, что беспокою, — произнес он с вежливой, обезоруживающей улыбкой, ставя на ее столик второй, только что купленный бокал. — Я в городе первый день, приехал оценить инвестиционные перспективы. И, честно говоря, поражен. Весь город гудит, как улей. Вы, я вижу, местная. Не расскажете, что здесь происходит? Какая-то золотая лихорадка?

Анна, поначалу настороженная, слегка улыбнулась его точному сравнению.

— Что-то вроде того, — ответила она, ее взгляд был усталым. — Просто вместо золота у нас теперь есть работа.

— Работа? — Стрельников с искренним любопытством сел за ее столик. — Судя по логотипам на каждом углу, вся эта работа — в одной компании? «Ворон Групп»?

— В основном, да, — кивнула Анна. — Она стала сердцем этого города.

— Должно быть, невероятно работать в таком месте, — задумчиво произнес он, глядя на нее. — Наверное, отбоя от кандидатов нет.

Анна усмехнулась.

— Можно и так сказать. Я там работаю. В отделе логистики.

— Вот как? — Стрельников изобразил живой интерес. — Тогда вы именно тот человек, который мне нужен! Чисто профессиональное любопытство, я угощаю. Расскажите, как вам удалось построить такую махину в такой глуши? В столице о вас уже легенды ходят.

Разговор завязался легко. Стрельников был мастером таких бесед. Он не допрашивал, а слушал, задавая наводящие вопросы. Он говорил о бизнесе, о логистике, и Анна, видя перед собой умного и понимающего собеседника, постепенно расслабилась. Она начала рассказывать о своей работе с горящими глазами, о гениальности проектов, о чувстве причастности к чему-то великому.

— Впечатляет, — кивнул Стрельников. — Господин Воронов, должно быть, гениальный руководитель, раз смог собрать такую команду. Хотя, ходят слухи, что он человек… специфический. Требовательный.

— Он требует не больше, чем дает, — просто ответила Анна, и в ее голосе появилась теплая нотка. — Люди этого не понимают. Они видят только силу. А я… я вижу доброту.

Стрельников сделал глоток. Его эмпатическая магия была активна, и он почувствовал волну абсолютной, кристальной искренности. «Доброту? — мысленно усмехнулся он. — Интересная интерпретация».

— Но я слышал, сейчас у вас трудности? — мягко спросил он. — Говорят, столичные кланы объявили вам войну.

Лицо Анны тут же помрачнело. — Они не нам войну объявили, — с тихой яростью ответила она. — Они объявили ее нашему будущему. Эти люди… они не понимают. Эта работа не просто дала мне зарплату. Она спасла моего сына.

Она сделала паузу, ее взгляд устремился в пустоту. — У него была редкая магическая болезнь крови. Лекарство стоило целое состояние, которое я бы не заработала и за десять жизней. Я была в отчаянии. А потом… я пришла сюда. И стандартная медицинская страховка компании, без всяких вопросов и дополнительных условий, полностью покрыла все лечение.