— Прогони ее, — отрезал я, поднимаясь с кресла. — Скажи, что я занят более важными делами.

— Слушаюсь, — Глеб уже повернулся к выходу, когда я внезапно замер.

В моем сознании что-то щелкнуло. Две отдельные проблемы — дорогостоящее исцеление Антона и назойливость целительницы — неожиданно сложились в одно элегантное решение.

Дарина Орлова. Целительница высокого ранга, обладательница редкого природного дара. Она имеет большую силу, но скудные знания, используя ее примитивно и неэффективно. Настоящий поток жизненной энергии, способный на то, на что не способны обычные лекари.

Если дать ей мои знания о природе некротической магии, то она сможет провести операцию, которая мне обошлась бы слишком дорого. Два зайца одним выстрелом: проблема исцеления решается без затрат энергии, а постоянное жужжание целительницы у моих ворот прекращается навсегда.

— Глеб, — окликнул я управляющего. — Изменение планов. Проводи ее в беседку.

Он обернулся с удивлением:

— Господин?

— Ты меня слышал. И передай, чтобы приготовили чай. Похоже, у нас будет долгий разговор.

Глеб кивнул и удалился, хотя в его глазах читалось недоумение. Он не понимал моей логики, но это и не требовалось. Главное — он выполнял приказы.

Я вернулся в кресло и сплел пальцы, обдумывая предстоящую встречу. Дарина Орлова считала себя спасительницей заблудшего «Калева», но на самом деле она станет очередным хорошим приобретением для моего Эдема. Инструментом, который сам просился в употребление.

— Какой коварный план созрел в вашей темной душе, мой лорд? — фея присела на край стола, болтая ножками.

— Никакого коварства, — усмехнулся я. — Простая математика. Один плюс один равняется решению двух проблем.

Фея хихикнула:

— О, как я люблю вашу прагматичную романтику. Бедняжка даже не подозревает, во что вляпалась.

Я откинулся в кресле и стал ждать. Дарина Орлова шла ко мне, полная благородных намерений и желания помочь. Она понятия не имела, что вот-вот станет решением моих проблем.

Именно так я и предпочитал работать — превращать чужие добрые намерения в свою выгоду.

Дарина Орлова вошла в беседку с той решительностью, которая бывает у людей, принявших трудное решение. Ее обычная безупречность слегка пострадала от долгой дороги — несколько выбившихся из прически прядей, легкая пыль на темно-синем дорожном платье, но главное изменение было в глазах. Там больше не читалось снисхождения или жалости. Вместо этого — что-то более сложное, смесь решимости и едва скрываемого любопытства.

— Господин Калев, — она присела в реверансе, формально безупречном, но лишенном прежней покровительственной теплоты.

Я заметил, как изменилось ее отношение, что было довольно забавно, учитывая нашу последнюю встречу. Впрочем, почему бы и нет? Можно и подыграть.

— Госпожа Орлова, — я жестом указал на кресло напротив. — Прошу, присаживайтесь. Чем обязан столь неожиданному визиту?

Она села, выпрямив спину, и сложила руки на коленях. Классическая поза для серьезного разговора.

— Блокада, — сказала она без обиняков. — Это бесчестно. Мой собственный клан участвует в ней, и я… я не могу этого вынести.

Я внимательно изучал ее лицо, читая подтекст. После той демонстрации силы на городском празднике, ее картина мира перевернулась. Она больше не видела во мне одержимого тьмой юношу, нуждающегося в спасении. Теперь я был загадкой, непостижимой силой, которую она отчаянно хотела понять.

— Продолжайте, — я откинулся в кресле, внешне расслабленный, но внутренне анализирующий каждое ее слово.

— Я предлагаю свою помощь, — Дарина наклонилась вперед, в ее голосе зазвучала страсть.