Оплавленная броня на транспорте означала, что энергетические щиты, которые спроектировала Алина по моим концепциям, имели «слепую зону» при фланговой атаке.

'Несовершенство. Бракованная работа. — подумал я с зарождающимся раздражением. — Мои инструменты возвращаются с дефектами. Это неэффективно и уродливо, а главное — недопустимо!

Я испытывал личное оскорбление от того, что моя система, мой замысел, оказался не идеален.

— Алина, — произнес я в коммуникатор. — В мой кабинет. Немедленно. Принеси все чертежи брони «Марк-2» и защитных полей транспорта. У нас есть работа над ошибками.

* * *

Дарина

В медицинском отсеке царила напряженная атмосфера, пахло озоном и стерилизующими травами. Дарина склонилась над Рыковым, молодым бойцом, чье лицо было покрыто багровыми, пульсирующими пятнами. Ее руки светились мягким золотистым сиянием магии Света. Она работала уже полчаса, медленно, клетка за клеткой, выжигая неизвестный токсин из его крови. Ее пальцы дрожали от усталости.

«Держись, мальчик, — мысленно повторяла она. — Я тебя вытащу». Эта работа была не похожа ни на что, чему ее учили в Академии. Там они работали с чистыми, понятными ранами. Здесь, в «Эдеме», она каждый день сталкивалась с последствиями хаоса нестабильных Разломов. Неизвестные яды, магические инфекции, раны, которые жили своей собственной, уродливой жизнью.

Эта работа выматывала. Она пугала. И она… была лучшим, что случалось в ее жизни. Здесь она была не просто аристократкой из клана Орловых, а настоящим целителем. Она была нужна. Эти суровые, закаленные в боях ветераны доверяли ей свои жизни, и она не имела права их подвести.

— Дарина, — позвала ее помощница, медсестра Катя, — принести регенерирующие зелья для обработки царапин у остальных?

— Конечно, — не отрывая взгляда от пациента, ответила целительница. — Возьми из резерва.

Катя вернулась через несколько минут с пустыми руками и виноватым выражением лица.

— Дарина… у нас почти ничего не осталось. Три флакона общего исцеления и один антидот против стандартных ядов. Все.

Дарина наконец подняла голову, прерывая поток целительной энергии. Ее лицо было бледным от истощения, а под глазами залегли темные круги.

— Как «все»? — переспросила она. — На складе же были реагенты? Я делала заявку Алине на прошлой неделе.

— Почти закончились, а пополнить нечем, — мрачно ответила Катя. — Наши поставщики, что добывали реагенты через третьи руки, ссылаются на «временные логистические трудности».

Дарина с силой сжала кулаки. «Логистические трудности… — с горечью подумала она. — Какая ложь». Она прекрасно знала, как на самом деле называются эти «трудности». Столичные кланы. Ее собственный клан. Эти напыщенные, сытые аристократы в своих кабинетах, которые одним росчерком пера перекрыли поставки жизненно важных лекарств.

Они думали, что бьют по Хозяину, по его амбициям. Глупцы. Они били по этим простым ребятам. По Рыкову, который сейчас лежал на кушетке, борясь за жизнь.

«Они называют его монстром, — пронеслась в ее голове злая мысль. — А сами, ради своей жадности и страха, готовы обречь на смерть десятки людей. Кто здесь настоящий монстр?»

Она почувствовала укол бессильной ярости. Она была здесь, на переднем крае, пыталась спасать жизни, а ее собственная семья, ее собственный мир, вставлял ей палки в колеса, играя в свои грязные политические игры.

* * *

Кассиан

Антон «Молот» и Глеб вошли в мой кабинет с докладом. По их лицам я понял, что новости будут смешанными.

— Миссия выполнена, господин, — начал Антон, кладя на стол контейнер с кристаллами времени.