— Что за черт… — прошептал молодой боец, сжимая в руках винтовку. — Командир, что здесь произошло? Разлом… он просто исчез?

Родион, командир отряда, мрачно осматривал поле боя.

— Может, он сам схлопнулся? — предположил его заместитель. — Нестабильный был?

— Нет, — отрезал Родион. — При естественном коллапсе здесь бы все фонило остаточным хаосом так, что наши дозиметры с ума бы сошли. А тут… — он указал на трупы тварей, — … чисто. Посмотрите на раны. Прицельные выстрелы в уязвимые точки. Разлом зачистили и причем профессионально.

Они в полном недоумении рассредоточились по поляне, пытаясь найти хоть какие-то зацепки. Кто мог провести зачистку Разлома класса С+ за такое короткое время? И, самое главное, — куда они делись?

— Командир, посмотрите на это, — позвал его техник отряда, присев на корточки у одного из трупов.

Родион подошел. Техник пинцетом держал маленькую, тускло блестящую в свете фонаря гильзу.

— Я никогда такого не видел, — сказал он. — Это не наше и не клановое. Такой маркировки нет в наших базах.

Родион взял гильзу и в его голове слухи, которые он до этого считал бредом, начали складываться в единую картину. Чудесное исцеление «Молота», отряд из отбросов, который финансирует самый загадочный человек в регионе.

— Штаб, это «Железные псы», — хрипло произнес он, активируя связь. — Ситуация… аномальная. Разлом закрыт, а артефакт отсутствует.

Из динамика донеслось несколько секунд тишины, затем раздраженный голос Артемия:

— Что значит «закрыт»? Кем⁈

Родион посмотрел на гильзу в своей руке, и его лицо стало пепельным.

— Мы не знаем. Но… похоже, у нас в регионе появился кто-то еще. Кто-то, кто действует быстрее нас.

Внезапно на доске появился новый, неизвестный игрок — пугающе эффективный, технологически превосходящий и действующий по совершенно иным правилам.

Глава 15

Черный транспорт «Стражей Эдема» вернулся в ангар. Его движение уже не было таким плавным и бесшумным, как раньше. Из поврежденного двигателя доносилось тихое, натужное гудение, а на оплавленной броне левого борта зияла уродливая пробоина. Это была их четвертая успешная операция за две недели. Цена побед понемногу росла, но благодаря профессионализму команды, они все же справлялись.

Я наблюдал через камеры из своего командного центра, как бойцы выгружались из машины. Их движения были не такими четкими, как обычно. Дмитрий Каменев прихрамывал. Анна Волкова, боевой целитель, поддерживала под руку молодого бойца по фамилии Рыков, чье лицо было покрыто странными багровыми пятнами — результат воздействия спор неизвестного гриба.

Они были измотаны, но победили и вернулись с добычей. Контейнер с редкими кристаллами, критически важными для моих проектов, был цел.

С точки зрения прагматики, миссия успешна. Ресурс добыт, а потери — приемлемые.

Но я не был командиром и то, что я видел на экране, не триумф, а демонстрацией несовершенства моей системы.

Дмитрий Каменев прихрамывал. Это означало, что композитная пластина на голени его брони имела неоптимальный угол наклона и не смогла полностью рассеять кинетический удар. Это был конструкторский просчет.

Рыков отравился спорами. Это означало, что фильтры в его шлеме, чей уровень очистки составлял 80%, не справились.

Оплавленная броня на транспорте означала, что энергетические щиты, которые спроектировала Алина по моим концепциям, имели «слепую зону» при фланговой атаке.