Воробьёв сглотнул, кивнул.

— Но… если нам понадобится помощь? Совет? Поддержка?

Калев посмотрел на него.

— Приезжайте в Воронцовск, — сказал он наконец. — Степан и мои подчиненные покажут вам, как работает эффективное управление, как привлекать инвестиции, создавать рабочие места. Учитесь, а потом применяйте в своих городах.

Он снова повернулся к выходу.

— Больше не собираюсь тратить на это время, — бросил он через плечо. — У меня есть дела поважнее, чем объяснять очевидные вещи некомпетентным чиновникам.

И шагнул в проём.

Степан Васильевич быстро последовал за ним, чувствуя, как сердце колотится в груди.

Остальные мэры двинулись следом. Пусть медленно и неуверенно, но двинулись. Они выходили из кабинета губернатора через пустой проём, и каждый чувствовал, как что-то меняется внутри. Они уходили другими людьми. С прямыми спинами, поднятыми головами и надеждой в глазах.

Глава 4

Три матово-чёрных бронетранспортёра «Стражей Эдема» остановились в ста метрах от блокпоста.

Антон сидел в головной машине, глядя через монитор на то, что его ждало впереди.

Перед ним был настоящий блокпост, построенный по всем канонам военной фортификации для подобных точек.

Поперёк дороги стояли противотанковые ежи и бетонные блоки, с оборудованными бойницами. За ними — два бронетранспортёра «Буран-4М», старые, но неприятностей доставить могут из-за автоматических 20 мм пушек. Крупнокалиберные пулемёты на турелях смотрели прямо на колонну «Стражей».

За ними виднелись фигуры наёмников в тактической экипировке, с автоматами наготове.

Антон насчитал минимум тридцать человек на этой позиции. Возможно, больше — часть могла быть в укрытиях.

— Ну и ну, — пробормотал водитель рядом с ним. — Они тут крепость построили за пару дней.

Антон не ответил. Достал планшет, быстро оценивая тактическую обстановку. Прорыв возможен — огонь на подавление, штурм, зачистка. Двадцать минут работы максимум. Но будут жертвы. Возможно, c обеих сторон.

В наушнике раздался треск рации — закрытый канал от второй и третьей колонн, которые двигались к другим точкам входа в Котовск.

— «Молот», это «Клык», южный въезд заблокирован. Блокпост, техника, человек сорок минимум. Запрашиваю инструкции.

Ещё один голос:

— «Молот», «Коготь» на западном въезде — та же картина. Они перекрыли все выезды из города. Это координированная оборона.

Антон сжал челюсти.

Значит, они готовились. Знали, что мы придём.

Он переключился на общий канал:

— «Клык», «Коготь», занять наблюдательные позиции. Никаких действий без моего приказа.

Подтверждения пришли одно за другим.

Антон посмотрел на блокпост перед собой. У него был приказ Хозяина, протокол «Выжженная земля» — уничтожить завод, но для выполнения приказа нужно сначала пройти через эти баррикады, а Чернов явно не собирался просто так пропускать.

Он взял рацию, переключился на внешний динамик бронетранспортёра — мощный громкоговоритель, слышный на сотни метров и произнёс с лёгкой, издевательской усмешкой:

— Экологическая инспекция прибыла. Рухлядь свою с дороги уберите. У вас три минуты.

Голос прозвучал спокойно, почти дружелюбно, но за этим спокойствием читалась угроза.

Тишина длилась несколько секунд.

Потом из громкоговорителя на блокпосту раздался голос — наглый, с издевательским тоном:

— «Экологическая инспекция»? А танки свои зачем притащили, цветочки нюхать? Это частная территория, командир.