Заместитель губернатора смотрел на карту с открытым ртом, директор финансов судорожно делал пометки в своём планшете, а руководитель управления по развитию территорий сидела, прижав руку ко рту, не веря тому, что видит.

Это был фактически работающий план.

Степан Васильевич смотрел на карту и чувствовал, как внутри разрастается что-то огромное, всепоглощающее.

Вот он, — думал мэр Воронцовска. — Вот каким должен быть настоящий правитель. Не тот, кто сидит в кресле и раздаёт подачки любимчикам, а тот, кто видит систему, понимает связи и создаёт решения — Хозяин.

Калев закончил свою презентацию. Провёл рукой, и карта вернулась к исходному виду — серая область с умирающими городами.

Повернулся к Громову.

— Вот что ты мог бы сделать за двадцать лет, Виктор, — сказал он спокойно. — Если бы был компетентным управленцем, а не паразитом на теле области.

Громов стоял, побагровевший, задыхающийся, сжав кулаки так сильно, что костяшки побелели.

Калев посмотрел на карту, жестом увеличил изображение Котовска.

— А теперь, — произнёс он, и в голосе появилась сталь, — поговорим о настоящей проблеме.

Он провёл рукой, и над Котовском появилась красная зона — расползающееся пятно загрязнения.

— Два месяца назад в Котовске был построен завод, — продолжал Калев спокойно. — «Деус Инжиниринг Групп». Владелец — Матвей Чернов. Инвесторы — региональные кланы Соколовых, Тихоновых и Лисицыных.

Он увеличил красную зону на карте.

— За два месяца работы этот завод превратил Котовск в отравленную зону. — Калев провёл рукой дальше, и красная зона потянулась в сторону Воронцовска. — И это загрязнение распространяется, приближаясь к МОЕЙ территории.

Он повернулся к Громову, и в его глазах было что-то крайне опасное.

— Поэтому у меня к тебе вопрос, Виктор. Почему завод получил все разрешения на строительство и запуск? Второй вопрос, почему этот завод до сих пор не закрыт?

Повисла тишина.

Громов стоял, и на его лице медленно проступало понимание — о чём сейчас пойдёт речь.

Из-за спины Воронова вперед вышел Иван Петрович Морозов — мэр Котовска. С изможденным лицом, тёмными кругами под глазами, но сейчас в его глазах горела ярость.

— Господин губернатор, — сказал он, и его голос дрожал от сдерживаемых эмоций. — Я обращался к вам неделю назад. Предоставлял официальное письмо с медицинской статистикой. Люди больны! Дети больны! Весь город отравлен этим заводом!

Он шагнул вперёд, сжав кулаки.

— Я просил проверки! Просил вмешательства! Знаете, что мне ответили? «Вопрос изучается»! Неделю изучается, а люди продолжают болеть!

Громов побледнел, потом покраснел. Открыл рот, закрыл, а потом взорвался:

— Ты! — он ткнул толстым пальцем в сторону Калева. — У тебя нет никакого права лезть в чужой город! Котовск не твоя территория! Ты кто такой, чтобы указывать мне, что делать⁈

Он развернулся к мэру Котовска:

— А ты! У них всё согласовано! Все справки в порядке! Экологические заключения есть! Разрешения на строительство выданы по закону! Нечего бучу поднимать!

— Город отравлен! — не выдержал мэр Котовска. — Какие к чёрту справки⁈

— Справки важнее твоих истерик! — заорал Громов. — Завод работает легально! Платит налоги! Создаёт рабочие места! А ты приезжаешь сюда и жалуешься на какие-то головные боли! Может, проблема не в заводе, а в том, что твои жители просто слабаки⁈

Мэр Котовска побледнел, шагнул вперёд, но Глеб поднял руку в коротком, останавливающем жесте.