– Я – не твой друг. – Найтхаук хотел было запротестовать, однако Мэллой остановил его, подняв руку. – Но давай прикинемся на минуту друзьями, чтобы я мог дать тебе дружеский совет. – Найтхаук молча смотрел на Мэллоя, поэтому тот продолжил. – Я знаю, что у тебя не было ни матери, ни семьи, и ты, возможно, никогда не знал женщину, не говоря уже о том, чтобы жить с ней. Я знаю, что ты не только охотишься за злодеями, но одновременно ищешь людей, с которыми мог бы поговорить и выпить. Так позволь мне кое‑что сказать, сказать то, что наверняка знал первый Джефферсон Найтхаук, раз уж он прожил столько лет: здесь, в Пограничье, ты никогда не должен путать личного интереса с дружбой. Народ здесь не такой, как в Олигархии. Более жесткий, менее сентиментальный. Они знают, зачем пришли сюда, знают, почему остались тут, и дружба в эти «зачем» и «почему» никак не вписывается. Поэтому будь вежлив и обходителен с людьми, если тебе этого хочется, Вдоводел, и большинство людей будут с тобой вежливы и обходительны, потому что знают, кто ты и что можешь с ними сделать. Но никогда не думай, что в Пограничье вежливость и обходительность в обращении ведут к дружбе. Они ведут к тому, что будет прожит еще один день, а этого уже более чем достаточно.

Найтхаук обдумал слова Мэллоя, потом покачал головой.

– Я в это не верю. Очень уж цинично.

– Ты создан, чтобы убивать людей, а меня называешь циником? – усмехнулся Мэллой.

– Убивать – это моя работа, – уточнил Найтхаук. – Но не сущность.

– Пока еще нет. Но станет сущностью. Или ты умрешь.

Несколько минут в рубке висела тишина. Первым нарушил ее Мэллой.

– Сколько он платит тебе за то, что ты летишь к ней?

– Ничего.

– Ты выходишь против Испанской Кружевницы забесплатно? – Мэллой не верил своим ушам.

– Не совсем, – ответил Найтхаук. – Он платит мне много денег за работу. Эта поездка – часть работы. Возможно, сегодня мне недоплатят, зато завтра или вчера могут переплатить. Так что в конце концов я получу ровно столько, сколько мне причитается.

– Все зависит от того, когда наступит этот конец, – пробурчал Мэллой.

– Если ты расскажешь, чего мне ждать, возможно, и нескоро.

– Я ничего не знаю о ее способностях. Известно лишь одно: пару раз ее не могли не убить, однако она жива, а те, кто пытался разделаться с ней, мертвы.

– Может, она ловко управляется с оружием? – предположил Найтхаук. Мэллой покачал головой.

– В тех ситуациях, в которые она попадала, ей не помогла бы никакая ловкость.

– Но она же человек. Какими способностями она может обладать?

– Какими‑то обладает, – тяжело вздохнул Мэллой, когда корабль вошел в атмосферу Юкона.

Глава 7

Корабль приземлился в городе‑государстве Новая Сибирь. От своей тезки Новая Сибирь отстояла на несколько тысяч световых лет, а отличалась разве что большей территорией да более крепким морозом. Найтхаук и Мэллой уже собрались выйти из корабля, чтобы на электромобиле добраться до здания космопорта, когда в динамиках внешней связи зазвучал мелодичный голос.

– Паспорта, пожалуйста.

– Мы предъявим их на таможенном контроле, – ответил Найтхаук, вглядываясь в женское лицо, появившееся на всех экранах.

– Это и есть таможенный контроль, сэр, – ответила женщина. – На Юкон мало кто прилетает, поэтому мы решили, что удобнее проверять документы на корабле, чем держать специальную службу в здании космопорта.