– Придем, – в унисон подхватили Рика и Тира. Мужчины испытующе посмотрели на них.

– Хорошо, – ответил Гарм за всех. – Вы можете идти с нами, но мы запрещаем вам принимать участие в бою.

Рика, Тира и Фиона дружно кивнули в знак согласия.

Четыре недели пролетели с пугающей скоростью. Торн целыми днями занимался с людьми Гарма, готовя их к сражению. Викинги упражнялись с восторгом – что может быть слаще для настоящего мужчины, чем поработать хорошенько мечом и топориком? Наконец пришло время отправляться в путь. Снег уже почти полностью сошел, на оттаявших пригорках проглянула первая зелень. Здесь, на побережье, весна наступала чуть раньше, чем в глубине страны, куда ее долго еще не пускали высокие горы.

А здесь земля успела не только оттаять, но и подсохнуть, сделав пригодными для передвижения грунтовые дороги.

Женщин одели в легкие кольчуги, шлемы, дали им короткие мечи. Правда, Рика поменяла свой меч на обычный, более тяжелый и длинный. В ночь перед выступлением Фиона и Торн долго не могли уснуть и шептались друг с другом за своей тонкой перегородкой.

– Не забудь, – напомнил Торн Фионе, – вы, женщины, должны держаться позади воинов все время и в любой ситуации. Я уже терял тебя однажды, хватит с меня и того раза.

– Но ведь Рика говорила, что у викингов женщины всегда сражаются рядом с мужчинами, а не за их спинами.

– Ты слышала, что я на это ей ответил? Вы с Тирой – не из племени викингов. Вы маленькие, слабые и не умеете обращаться с оружием.

– Ты хочешь убить его?

– О ком ты говоришь? О Роло?

– Ты знаешь, что о нем.

– Не встревай в это дело, Фиона. Это касается только меня и его.

Фиона хотела возразить, но Торн закрыл ей рот поцелуем.

– Никогда не пробовал ничего вкуснее твоих губ, – прошептал он, отрываясь на секунду от губ Фионы.

Фиона приподняла голову. Неяркий свет окутал ее волосы прозрачной дымкой. Горела свеча.

– Хочешь отвлечь меня? – лукаво спросила Фиона.

Он поцеловал ее еще раз.

– Действует?

– Еще нет, – усмехнулась она.

Глаза Торна скользнули по обнаженной груди Фионы – она давно уже привыкла спать с ним, снимая на ночь с себя все до последней нитки. Сердце Фионы забилось учащенно под взглядом Торна, губы мгновенно пересохли. Он счастливо улыбнулся. Медленно опустил голову и провел языком по груди Фионы. Затем схватил губами сосок и слегка сжал, заставив застонать от наслаждения. Он повел языком вниз, по животу Фионы и ниже, уткнувшись головой между ее ног, и Фиона забилась от острого ощущения и закричала бы в голос, если бы Торн не успел прижать ладонь к ее губам.

– Тише, любимая, – прошептал Торн. – Мы так всех перебудим. Воины в зале начнут думать о своих женщинах, а об этом нельзя думать перед схваткой – такие мысли лишают сил.

Фиона провела ладонью по лицу Торна. У нее перехватило дыхание, когда Торн нежно прикусил губами ее пальцы. Губы его были крепкими, сильными, а на щеках его Фиона ощутила отросшую за день колючую щетину.

Свободной рукой она зарылась в его волосы – светлые, как солнечный луч, тонкие, длинные, мягкие, они струились у Фионы между пальцев. В ту же секунду руки Торна легко раздвинули ее ноги, и пальцы его погрузились в горячее влажное лоно.

– Как я люблю, когда ты такая, – прошептал Торн. – Раскройся пошире, я хочу войти в тебя.

От этих слов Фиону окатило новой волной страстного желания. Торн высоко поднял и развел в стороны ее ноги и глубоко вонзил в нее свое орудие. Сильными быстрыми толчками он возбудил в Фионе новую волну страсти. Торн сильно сжал грудь Фионы, а она цеплялась пальцами раскинутых в стороны рук за медвежий мех, на котором лежала, и они мчались к бурному финалу вместе – все быстрее, быстрее, быстрее…

Когда все закончилось, Торн приподнялся над Фионой на локтях.