«Если бы Бренн знал, как мы близки сейчас с Торном, он порадовался бы», – подумала Фиона.

Впрочем, она была уверена в том, что Бренн знает. Ведь он никогда по настоящему не умирал для нее, и даже в эту минуту она чувствовала его незримое присутствие.

– О чем ты думаешь? – спросил Торн, вытягиваясь на постели рядом с Фионой. – Ты так притихла.

– Я думала о Бренне. Но знаешь ли, о том, что было сказано перед тем, как ты… «отвлек» меня, я тоже не забыла. Я боюсь за тебя. Торн. Роло – яростный и умелый боец, это всем известно, о нем поют скальды. А что, если он убьет тебя?

– Не убьет, любимая. Правда на моей стороне. Выброси это из головы и спи.

Но сон, к сожалению, не торопился к Фионе. Всем сердцем она чувствовала подступающую опасность. Что то должно было произойти, но что именно – этого Фиона не видела, не знала. Она просто чувствовала запах смерти, и от этого мороз пробегал у нее по коже. Прошло немало времени, пока Фионе удалось успокоиться и заснуть, но и во сне ее мучило предчувствие близкой смерти.

На следующее утро все они вышли в путь в сопровождении воинов Гарма. Небо затянуло облаками. Воздух был холодным, но, несмотря ни на что, в нем чувствовалось дыхание весны. Гарда, оставшаяся дома, долго махала им вслед рукою. Впереди их ждал шестидневный переход от Бергена до Кепинга. Шесть дней непрерывной ходьбы под ветром, дождем и солнцем. Следом за маленьким отрядом ехала тележка, запряженная пони, в которой были сложены меховые одеяла для ночевок под открытым небом, запасы еды и оружие.

Переход в таких условиях не был трудным даже для женщин. На ночь отряд раскидывал тенты, под которыми, завернувшись в меховые плащи, все и спали до нового утра. Пища у воинов была простой, но питательной – сушеное и соленое мясо. Впрочем, когда позволяло время, кто нибудь из бойцов отправлялся в ближайший лес, чтобы вернуться оттуда с каким нибудь добавлением к походному столу. Путешествие не было тяжелым, но Фиона не раз вздохнула по потерянному ребенку, проходя знакомой дорогой.

Они достигли места встречи вовремя. Торольф и Арен со своими людьми поджидали их. Войско объединилось и, когда Фиона решила пересчитать бойцов, счет дошел почти до пятидесяти.

Да, с такой армией викингов можно было свернуть горы!

Торн подозревал, что Роло тоже не терял зимой времени даром. Подозрения эти оправдались. Роло не мог не понимать, что в любой момент может нагрянуть Гарм, требуя возвратить приданое Рики. Понимал Роло и то, как трудно будет противостоять такому могущественному ярлу, как Гарм. Но еще сильнее беспокоило его внезапное исчезновение Торна – ведь он ушел из его дома совершенно неожиданно, не сказав никому ни слова, Роло подумал: не иначе кто то из слуг выболтал Торну правду об исчезновении Фионы. Тогда дело может обернуться совсем худо. Торн не простит такого, а значит, жди вызова на смертный бой.

Чтобы проверить свои подозрения, Роло приказал воинам нещадно бить слуг и рабов – всех подряд, рассчитывая на то, что виновный не выдержит криков несчастных и во всем признается сам. Так и произошло. Это оказалась Миста, его наложница. Это она рассказала обо всем Торну.

Мисту Роло бил сам, не передоверив этого никому, и остановился лишь после того, как сломал девушке два ребра и руку.

На следующий же день он начал готовиться к неизбежной, как теперь оказалось, битве. Он знал, что с приходом весны к нему нагрянут незваные гости.

И вот в один из дней дозор, как обычно, выставленный Роло, донес о том, что в ближайшем лесу появились викинги. Роло не удивился.