Изменить размер шрифта - +
Он поедет в  Лондон  и  увидит
там более юных красавиц, но не найдет ни одной, - ни  одной!  -  которая  бы
любила его так, как Мария, его Мария. Боюсь, что, расставшись с ней,  он  не
испытал особого горя. Более того, он очень повеселел, едва каслвудский  мост
остался позади, и пустил своих лошадей такой резвой рысью, что они делали не
меньше девяти миль в час. Всю дорогу он пел, кивал  хорошеньким  девушкам  у
обочины, потрепал миленькую служанку по щеке, - нет, неутешная тоска его  не
терзала. По правде говоря, ему не терпелось вернуться в Лондон,  блистать  в
Сент-Джеймском дворце или  в  Ньюмаркете,  -  словом,  там,  где  собиралась
золотая молодежь. Он уже вкусил от радостей лондонской жизни, и танбриджское
общество, сплетничающие дамы и их карточные  вечера  теперь  его  совсем  не
прельщали.
     К тому времени, когда он вновь добрался до Лондона, от  сорока  четырех
фунтов, которые, как мы знаем, были у него в Танбридже,  не  осталось  почти
ничего, и нужно было изыскать средства на дальнейшие расходы. Но это его  не
смущало. Ведь в его распоряжении были две суммы по пять тысяч фунтов каждая,
положенные на его имя и на имя его брата. Он возьмет сколько  будет  надо  -
достаточно только полосы везенья в игре, и он все возместит.  Но  он  должен
жить, как приличествует  его  положению,  и  необходимо  втолковать  госпоже
Эсмонд, что джентльмен его ранга не может поддерживать знакомства с  равными
себе и блистать в обществе на жалкие двести фунтов в год.
     Мистер Уорингтон снова поселился в "Бедфорде", но ненадолго.  Он  начал
подыскивать достойное жилище неподалеку  от  королевского  дворца  и  избрал
квартиру на Бонд-стрит, где и обосновался с Гамбо,  лошадей  же  поставил  в
конюшню  неподалеку.  Затем  ему  потребовались  услуги  портных,  торговцев
материями и башмачников. Не без некоторых угрызений он снял  траур  и  надел
шляпу с галунами и расшитый  золотом  камзол.  Гамбо  уже  постиг  столичные
тонкости парикмахерского искусства, и припудренные  светлые  локоны  мистера
Уорингтона выглядели столь же модно, как у самого изысканного щеголя на Пэл-
Мэл. Он появился на Кругу в Хайд-парке в собственном фаэтоне.  Слухи  о  его
сказочном богатстве достигли Лондона задолго  до  него  самого,  и  баловень
судьбы из Виргинии возбуждал немалое любопытство.
     В ожидании того времени, когда ему можно будет баллотироваться по  всем
правилам, лорд Марч записал нашего юного друга в клуб в  кофейне  Уайта  как
знатного джентльмена из Америки. Свет еще не начал съезжаться в  Лондон,  но
молодому человеку двадцати  одного  года  от  роду,  с  карманами,  набитыми
деньгами,  не  обязательно  ждать  начала  сезона,   чтобы   жить   в   свое
удовольствие, а Гарри твердо решил наслаждаться жизнью.
     И он распорядился, чтобы мистер Дрейпер продал на  пятьсот  фунтов  его
ценных бумаг. Что  бы  сказала  его  бедная  мать,  знай  она,  что  молодой
расточитель  уже  начал  проматывать  отцовское  наследство?  Он  обедал   в
ресторации, он ужинал в клубе, где Джек Моррис, не скупясь на  самые  жаркие
хвалы, познакомил, его с джентльменами, находившимися тогда  в  столице.
Быстрый переход