Изменить размер шрифта - +
..
     - Дианы с младенцем, - замечает полковник.
     - ...которая рыщет по лесам и лугам с целой свитой своих нимф, - этакой
королевы лесов, чья меткая стрела без  промаха  разит  свою  жертву!  И  вы,
конечно, уже решили, - вижу по вашим глазам, - что я без  памяти  влюблен  в
нее.
     - Что ж, вероятно, это была очень интересная особа,  мистер  Джордж,  -
отвечает Тео, заливаясь краской.
     - Ну, а что вы скажете о темноволосой красавице с кожей цвета  красного
дерева, с длинными  прямыми  волосами,  чаще  всего  напомаженными  каким-то
пахучим жиром, чрезвычайно неприятным на близком  расстоянии,  с  маленькими
глазками, широкими скулами, плоским носом,  нередко  украшенным  продетым  в
него кольцом, с многочисленными нитками  стеклянных  бус  вокруг  коричневой
шеи, с изящной татуировкой на щеках и на лбу, с великой любовью к нарядам  и
неумеренным пристрастием к... уж не знаю, признаваться ли вам в этом?
     - К кокетству? Я так и знала, что вы это скажете! - заявила мисс Этти.
     - К виски, моя дорогая мисс Эстер! И это ее пристрастие разделял и  мой
тюремщик. Когда я был в фаворе у мосье  Мюзо,  не  одну  ночь  довелось  мне
провести с этой парой, и частенько видел я, как они напивались вместе  -  да
так, что роняли кружки, из которых пили. Во время  этих  ночных  развлечений
они принимались то петь, то танцевать, то миловаться, то ссориться  и  тогда
все переворачивали вверх дном, и снова кружки летели на пол. Когда  Мюзо  ко
мне благоволил, он приглашал меня разделить  с  ним  компанию,  потому  что,
радея о своем достоинстве и не желая,  чтобы  кто-нибудь  из  солдат  явился
свидетелем этих сцен, он всех их держал от себя на расстоянии.
     До тех пор, пока еще ничего не было известно о судьбе охотника и  моего
послания на родину и мы с Мюзо  оба  ждали  выкупа,  он  обращался  со  мной
довольно сносно, - позволял мне разгуливать по форту и даже выходить за  его
стены в поле или в садик, впрочем, всякий раз беря с меня слово возвратиться
до отбоя. А я позволил себе прибегнуть к  маленькой  хитрости,  за  которую,
надеюсь, вы не будете судить меня слишком строго: зимой  после  болезненного
воспаления пуля у меня вышла и рана тут же затянулась,  однако  я  продолжал
ходить, прихрамывая, как  калека.  Я  ковылял,  опираясь  на  две  палки,  и
беспрестанно ахал и охал, в ожидании того дня, когда смогу  порадовать  свои
ноги хорошей пробежкой.
     Но Мюзо, мало-помалу теряя надежду, что  наш  гонец  возвратится,  стал
обращаться со мной крайне свирепо. Он воображал,  что  охотник  сам  получил
выкуп и сбежал с ним. Разумеется, он приготовился решительно  отрицать  свою
причастность к этой сделке, в случае если мое  послание  будет  перехвачено.
Его обращение со мной менялось в зависимости от того, что брало в нем верх -
надежда или страх, а иной раз просто от  дурного  или  хорошего  настроения.
Временами он держал меня взаперти по нескольку дней кряду,  затем  приглашал
выпить с ним за ужином, а там начинал поносить мою нацию и вызывать меня  на
ссору или же впадал в плаксивую сентиментальность  и  принимался  вспоминать
свою родную Нормандию, где мечтал приобрести клочок земли и провести остаток
дней в счастье и благоденствии.
Быстрый переход