|
Весь дом пребывал в трепете перед миледи графиней - даже экономка, которой побаивался и сам милорд, и вдовствующая графиня; избалованные ливрейные лакеи, выписанные из Лондона и привыкшие выражать недовольство, если их отрывали от карт или мешали без конца тянуть пиво, теперь проворно принимались за дело по первому знаку хозяйки; даже старый Локвуд, более полувека прослуживший привратником, постарался сообразить, что к чему, когда миледи явилась к нему в привратницкую, распахнула окошко, обследовала его чулан и выставила за дверь его старых собак. Стащив шляпу со своей старой лысой головы, он бросил молящий взгляд на свою племянницу и почувствовал, как перед лицом ее сиятельства им овладевает смутный страх. Гамбо, одевая своего хозяина к обеду, вспомнил вдруг пророка Елисея (в это утро он как раз прослушал проповедь капеллана на эту тему): "...и всех этих мальчишек, что насмехались над ним и обзывали плешивым, - их за это медведи съели, и поделом им", изрек Гамбо. Но миледи выказала совсем иные чувства, разговаривая со своим кузеном о старом привратнике. - Ах, будет вам! - сказала она, - глупый старик, выжил уже из ума, так же как его старые, грязные собаки! Они такие же дряхлые и такие же безобразные, как эти рыбы в пруду! - И она показала на двух чудовищно старых карпов, которые, по преданию, жили в каслвудском пруду несколько столетий и покрылись от старости довольно непривлекательными серыми пятнами, похожими на плесень. - Локвуду пора собирать свой скарб, его место - в работном доме, а в привратники я найму какого-нибудь рослого, красивого и проворного парня, который сделает честь нашей ливрее. - Он был слугой у моего деда и сопровождал его на войну еще во времена королевы Анны, - заметил мистер Уорингтон, в ответ на что миледи нетерпеливо воскликнула: - Ах, боже мой, королева Анна давно скончалась, и мы, надеюсь, не собираемся облачаться теперь но этому поводу в траур? Вопрос о Локвуде подвергся обсуждению за обедом, когда миледи объявила о своем намерении уволить старика. - Я слышал, - скромно проговорил мистер Ван ден Босх, - что здесь у вас, в Англии закон велит заботиться о старых слугах и вообще о всякого рода неимущих стариках. Право же, я бы очень хотел, чтобы у нас, в Америке, были созданы такие же приюты для престарелых и нам не приходилось бы тратиться на содержание старых рабочих. - Если человек не может работать, его незачем держать! - заявила миледи. - Правильно, а как же иначе! - подтвердил дедушка. - Как! Старого слугу? - воскликнул милорд. - Мистеру Ван ден Босху в молодости, по-видимому, не приходилось прибегать к помощи слуг, - заметил мистер Уорингтон. - Сам открывал у себя ставни, сам чистил себе сапоги, сам поливал мой... - Сахарный тростник, сэр? - спросил милорд. |
