– А это был Йолленгел, – вставила Элина. – Ты знаешь о нем?

– Да, Редрих мне рассказывал… В Харбаде я снова почти настиг вас – ваш караван ушел за несколько дней до моего прибытия. Кстати, твоя рана тебя не беспокоит?

– Нет, она, в общем‑то, была пустяковая. Хотя и заставила нас задержаться в Харбаде.

– Я понял, что на территории Агабеи догнать караван уже не успею, а соваться одному в Тагратскую пустыню – самоубийство. Пришлось засесть в Харбаде и ждать какого‑нибудь транспорта на восток. Нового каравана пришлось бы ожидать еще долго; корабль до Фаррака подвернулся быстрее, но я все равно снова потерял больше трех недель, к тому же в пути нас задержал шторм. Когда я начал собирать информацию в Фарраке, то узнал о недавнем перевороте в Дулпуре, в котором будто бы приняли участие некие странные выходцы с Запада. Дулпур, по этой причине, до сих пор оставался небезопасным местом для белых людей, так что мне пришлось путешествовать в объезд, через княжества к югу и востоку от него. Здесь мне уже было окончательно ясно, что, направляясь в Тургунай, вы двинетесь на север через перешеек между Хадиром и Бхиланаями – другой дороги просто не было, не делать же крюк в две тысячи миль.

– Ты брал проводника, переская Шезех‑Кум?

– Разумеется. Восточнее Омолы мне постоянно приходилось нанимать не только проводников, но и переводчиков.

– А тебе не предлагал свои услуги замухрышка по имени Хинг?

– Я знаю, что выкинул с вами Хинг, Редрих рассказал мне. Но я ехал через другое селение, оно находится восточнее. Путь через перешеек, собственно, тоже не один. Поэтому я не знал, через какой из пограничных городов пройдет ваш путь…

– Дзэбэх, – сообщила Элина.

– Ясно, я ехал восточнее, и там о вас не слышали. Поэтому я направился прямо в Керулум, рассудив, что, пытаясь выяснить судьбу Артена, вы наверняка прибудете туда. Однако в Керулуме я потерял ваш след окончательно. Был, правда, уже затухающий слух о неких чужеземцах, которых подозревали в похищении и убийстве местного купца…

– Так вы все‑таки убили его! – гневно обернулась Элина к Эйриху, так, что даже Редрих, что‑то говоривший своим солдатам, оглянулся.

– Вы же знаете – никогда нельзя оставлять за спиной недобитого врага,

– невозмутимо ответил Эйрих. – И вы сами не оставили мне другого выхода. Вы называли меня по имени в его присутствии.

– Вы не предупредили!

– Честно говоря, забыл, считая это очевидным. А потом было уже поздно. Впрочем, нас, как видите, все равно заподозрили – должно быть, следствие развязало языки жителям трущоб…

– Элина, так ты участвовала в банальном разбое? – помрачнел граф.

– Не в убийстве! – горячо возразила девушка. – В похищении – да. Но этот купец был рабовладелец, так что заслуживал, чтобы и его самого лишили свободы.

– По законам своей страны он был в своем праве…

– Такие же законники, как он, захватили Редриха, и нам нужны были деньги на выкуп!

– Да, – признал Айзендорг после короткой паузы, – поступок не для героической баллады, но я не берусь тебя осуждать. Вообще, конечно, рабовладение омерзительно. Мне ведь пришлось проверять и эту гипотезу – что ты могла оказаться в Керулуме в том же качестве, что и Редрих, о коем, впрочем, я тогда еще не знал… Посещать рынки рабов, выяснять, какие были распродажи в последнее время… И если бы я узнал, что ты… что тебя… боюсь, хану Салымбеку понадобилась бы новая столица.