На сей раз молчание затянулось; Низз‑унаж чувствовал, как Тирр‑джилаш неохотно приходит к тому же выводу, к которому только что пришел сам Низз‑унаж.

– «Ты хочешь сказать, что мрашанцы сами отравились? Но зачем?!»

– Чтобы их народ добился того, чего он добился, – сказал Низз‑унаж. – Большую часть пути на Окканв они провели в коме. Когда же очнулись, им как раз хватило времени предупредить нас о человеках‑завоевателях и умереть.

Он окинул взглядом аналитическую лабораторию.

– Принесли себя в жертву, и у нас не осталось другого способа узнать истину, кроме как послать сюда корабль.

– «Так ты считаешь это ловушкой? – пришел вопрос. – Думаешь, они в сговоре с человеками?»

– Не знаю, – ответил Низз‑унаж, отрицательно качнув языком. – Исключать этого нельзя, хотя сам я думаю, что они пошли на самоубийство по личной инициативе. Возможно, они говорили правду об угнетении народа мрашанцев человеками‑завоевателями и считали, что это единственный способ добиться от нас помощи.

– «В любом случае надо сообщить об этом Военному командованию и Высшему Клана‑над‑кланами».

– Разумеется. – Низз‑унаж посмотрел на хронометр. – Беру это на себя, все равно мне выходить на связь с Высшим через двадцать ханн. Ты не беспокойся, я не думаю, что наши лидеры полностью доверяют мрашанцам. Особенно после событий у Формби.

Вмешался старейший:

– Вы не должны упоминать о сражении при Формби, исследователь Низз‑унаж.

– Ты прав, – кивнул Низз‑унаж. Эти призраки‑ветераны воспоминаниями о том, каково было в их арки, могут довести тебя до безумия, но все же иногда полезно прислушаться к ним – это помогает избавиться от неприятностей. – Передай все, кроме последнего предложения.

– Повинуюсь. – Старейший исчез.

Он вернулся через несколько мгновений:

– «Хорошо. Занимайся своими делами, Низз‑унаж, больше не буду отнимать у тебя время. Спасибо за информацию».

Это главное, сказал себе Низз‑унаж. Военное командование и так уже с подозрением относится к мрашанцам. Теперь же оно, несомненно, захочет убедиться, что мрашанцы достойны доверия, прежде чем рискнет своими кораблями.

И это может спасти джирриш от новой засады. Или мрашанцы испугаются и, если они и правда работают на противника, отзовут своих союзников‑человеков.

Или это всего лишь даст человекам‑завоевателям необходимое время для сборки «Цирцеи».

Низз‑унаж поморщился – во рту стало горько. К счастью, не ему принимать рискованное решение. Сейчас он лишь посредник.

Он снова посмотрел на хронометр. Плевать на график. Это слишком важная информация, и ради нее стоит потревожить Военное командование.

– Старейший?

* * *

– Нет, – отрезал коммодор Монтгомери. – Нет и нет.

– Очень прошу вас пересмотреть свое решение. – Дэчко говорил почтительно и спокойно, но в душе проклинал Монтгомери. – У нас теперь есть возможность выяснить, откуда прибыл флот джирриш.

Монтгомери фыркнул:

– Поверьте мне, мистер Дэчко, мы прекрасно знаем, откуда они явились. На самом деле мы ведь и сами собирались отправить такую же посылочку на один из их миров.

– Я имею в виду возможность выяснить, не заключили ли мрашанцы и джирриш какую‑нибудь сделку, – сказал Дэчко. – Случайно или нет, но вектор курса уводит их из радиуса действия тахионных детекторов миротворцев в этих двух секторах. Если и мы их упустим, то потеряем след.