– Я так не думаю. То, что ваш брат добрался сюда живым, а не превратился в пар еще на подходе, означает, что блокада где‑то дала трещину. Может, даже больше, чем просто трещину. Может, ее вообще уже не существует. В любом случае настало время нам попытать счастья.

Мелинда растерянно посмотрела на него:

– Вы решили напасть на них?

Холлоуэй глазами показал на Пирр‑т‑зевисти, который все еще парил, молча глядя на них.

– Я решил вывезти отсюда гражданских, – сказал он. – Не вдаваясь в детали, скажу, что это крайне необходимо. Если джирриш отвели свои корабли для какой‑то другой операции, нам пора действовать, не дожидаясь их возвращения.

– Но ведь вы не собираетесь ради этого атаковать наземную базу? – спросила Мелинда.

Щека Холлоуэя дернулась.

– Придется. Наземная база явно наводит на цели корабли с орбиты, она представляет угрозу для транспортных кораблей. Ее надо нейтрализовать.

– Несмотря на то, что вся война – ошибка? – тихо произнесла Мелинда.

– Это пусть дипломаты улаживают, – сказал Холлоуэй. – Если мы вырвемся с Доркаса, я буду рад доложить начальству о ваших открытиях. Но сейчас у меня другие проблемы.

– А если кто‑то угодит под свой же огонь, так война все спишет?

– А вы обменяете двадцать пять тысяч жизней на три? – возразил он. – Или, вернее, на две? Вы не обязаны лететь.

– Не говорите ерунды, – огрызнулась Мелинда. – Мы тратим время, а мне еще сумку собрать надо.

Холлоуэй отпустил ее и распахнул дверь.

– Я уже распорядился насчет сумки, – произнес он. – Она будет ждать вас у поста номер девять.

– Спасибо. – Мелинда прошла мимо него к двери, остановилась и обернулась. – Прощайте, Пирр‑т‑зевисти, – сказала она, ища призрака взглядом. – Я постараюсь вернуться побыстрее.

Но бледного силуэта нигде не было видно, и никто ей не ответил. Она покинула склад. Холлоуэй запер дверь, затем пошел впереди нее через пещеру.

– Вы можете мне сказать, по крайней мере, когда собираетесь начать атаку? – спросила Мелинда, когда они вышли из‑под маскировочной ткани на холодный горный воздух.

– Вы услышите наше приближение, – пообещал Холлоуэй. – Но лучше не говорить об этом ни Яновецу, ни вашему брату. Джирриш, несомненно, будут за вами следить, и я не хочу, чтобы они подслушали.

Холлоуэй обошел выступ скалы, и они увидели молочно‑белый, ярко блестящий на полуденном солнце бок аэрокара джирриш. Возле него стояли полукругом миротворцы с «Оберонами» наготове. В нескольких метрах перед аэрокаром одинокий джирриш опустошал поясную сумку, выкладывая содержимое на металлический ящик.

– Фуджи принес вашу сумку и кое‑какие припасы. – Холлоуэй кивнул на майора Такару, стоявшего рядом. – Две тубы с анальгетиками фальшивые, вы поймете, какие именно, по искаженному названию на этикетке. Там на самом деле находится бинарная маломощная взрывчатка – на тот случай, если вас будут содержать взаперти. Яновец знает, как с ней обращаться.

Мелинда поморщилась:

– Поняла. Еще какие‑нибудь сюрпризы?

– Да. – Холлоуэй помедлил. – Мы приготовили для вас монитор основных показателей состояния организма. В него вмонтирован мощный передатчик радиошумов.

Мелинда замерла.

– Что вмонтировано? – прошипела она. – Вы спятили? Они же думают, что это наше сверхоружие! Если нас поймают на этом…

– Они не будут знать, – пообещал Холлоуэй.