Решив воспользоваться этим и наверстать упущенное, Маркус принялся распускать застежки ее шелкового костюма.

– Дорогая, я знаю верный способ сделать так, что аннулировать наш брак станет попросту невозможно.

Регина затихла, боясь даже дышать. Ее глаза, в которых еще блестели непросохшие слезы, были похожи на серебряные гинеи, которые кто то бросил в пруд.

– А что там все таки написано? – робко спросила она. Но Маркус уже не слышал – кровь зашумела у него в ушах и глаза разгорелись, когда он, расстегнув корсаж, увидел тончайшую шелковую шемизетку, сквозь которую просвечивали похожие на розовые бутоны соски, вкус которых он уже успел отведать.

– Там говорится: «Моей жене – единственной женщине, которую я бы хотел держать в цепях в своем донжоне».

Неуверенная улыбка тронула ее губы.

– М м м… согласна, это не очень прилично. Кто то, наверное, скажет даже, что ты… зашел слишком далеко.

– Конечно, а то как же! – Маркус, чувствуя, что не в силах больше сдерживаться, впился в ее губы. – И, Бог свидетель, очень скоро мы зайдем еще дальше!

Глава 18

Ваша подопечная должна знать, что ее ждет в первую брачную ночь. Рассказать ей об этом должна мать. Но если она не может выполнить свой долг, тогда это сделаете вы.

Мисс Сайсели Тремейн. Идеальная компаньонка

Регина позволила себе раствориться в этом поцелуе. Возможно, Маркусу действительно все равно, решила она. Если он хочет ее до такой степени, что готов даже забыть о ее уродстве, так она только рада.

Особенно сейчас, когда его горячие руки, пробравшись под ее платье, ласкали ее грудь. Святители небесные, задыхаясь, думала она, это какое то волшебство!

Опустив голову, он коснулся поцелуем ее шеи и выругался сквозь зубы.

– Нет, с меня довольно! – Торопливо расстегнув оставшиеся пуговки, Маркус рывком сдернул с Регины корсаж. – Проклятие, чуть было не остался без глаза!

Чувствуя невероятное облегчение от того, что все уладилось и он не вышвырнет ее из дома, Регина звонко рассмеялась.

– Если, по твоему, это орудие пытки, может, повесить его у тебя в донжоне? – предложила она, зашвырнув корсаж в угол. В глазах виконта сверкнул огонек, и спина Регины покрылась гусиной кожей.

– Нет уж – лучше я прикую там тебя!

– Не советую! – предупредила она. Но ей вдруг непонятно отчего стало трудно дышать.

– Зря. Возможно, тебе понравится. – Маркус опрокинул ее на спину, подложил ей под спину подушку.

А потом взял ее руки и завел их назад, велев ухватиться за изголовье. А сам, опустив голову, взял в губы сосок и слегка сжал его сквозь тонкую ткань, лаская его языком, пока тот не превратился в тугой бутон.

– Возможно, ты сочтешь это восхитительным приключением, когда окажешься в моем донжоне, да еще в цепях, в ожидании…

– …дракона, который явится за мной? – прошептала Регина, у которой от этого видения захватило дух.

Подумать только, что всего несколько минут назад она умирала от мысли о своей первой брачной ночи! А сейчас!.. Горячие, требовательные губы Маркуса обжигали ее, и тело Регины плавилось в жарком угаре от его ласк.

Опустив голову, он ловко стащил шемизетку зубами, но не до конца – мешали ее руки, которые Регина, повинуясь ему, завела за голову.

Подумав немного, Маркус одной рукой потянул шемизетку вверх, позволив Регине только на мгновение разжать руки – чтобы стащить с нее проклятые кружева. Одним рывком сдернув шемизетку, он, не глядя, швырнул ее в угол и тут же снова велел Регине ухватиться за изголовье.

– Не разжимай руки, – велел он.