- Слушай, поручик! Она совершенно точно тебя знает! Так смотрела, так смотрела - думал, сейчас заплачет, до того ей тебя жалко было! Эх, на меня б она так смотрела - женился бы, а?

Саркастический смешок был ему ответом. Феликс - и женился бы?

- Ну-ну, - сказал я.

- А что - ну? Чего ты нукаешь? - Карский, кажется, развлекался вовсю.

- Твоя полигамная натура мне хорошо известна, Феликс. И если уж эта Бахметьева не повелась на мощную харизму и импозантность некоего героического разведчика - то, пожалуй, тебе стоить оставить ее в покое. Неужели тут больше нет дам?

- Девушки гемайнов они... Ну, пристрелят еще! - взгрустнул Феликс. - И все эти Клаасы и Рупрехты бородатые - снимут скальп с макушки до самой задницы, и скажут что так и было. Больно серьезные! Эх, сейчас бы в Мангазею, да на танцульки... А мы тут с тобой, как два кретина, в этом Генисарете...

Что-то металлически задребезжало, запахло едой, скрипнула дверь.

- Кушать будешь? Дуняша готовила. Кста-а-ати, есть ведь Дуняша! - тут же повеселел Карнский. - И женщина роскошная, и говяжий бульон отличный, и гренки - тебе в самый раз!

Мой желудок издал восхищенный стон.

- Буду! - сказал я. - Только придется тебе кормить меня с ложечки.

***

Феликс взял на себя обязанности сиделки. Водил меня в нужник, помогал мыться, кормил, стриг ногти. За это я был ему безмерно благодарен. Всё-таки опорожняться в присутствии дамы - от такой перспективы мне становилось не по себе. А еще он читал мне газеты и мы обсуждали положение дел на фронтах.

По всему выходило - к Лилиане федералисты выйдут. По крайней мере, тактика, творцом которой стал приснопамятный генерал Джон Бутлер - тот самый шеф Дагонских Гренадер - приносила свои плоды. Вельд покрывался сетью опорных пунктов, артиллерийских позиций, складов продовольствия и боеприпасов. Медленно, чертовски медленно - и я смеял надеяться, в этом была и моя заслуга. Всё-таки горящие корабли в Лиссе, и дагонская катастрофа здорово подорвали мощь военной машины президента Грэя. А еще была проблема другого плана - и низкий моральный дух частей городского ополчения. Они до одури боялись бородачей, тряслись за свои скальпы и отказывались наступать без поддержки артиллерии и именных частей. Именные - зуавы, берсальеры, гренадеры и прочие - напротив, поднаторели, заматерели, налились злостью и набрались опыта. И теперь коммандо гемайнов имели все шансы умыться кровью при очередном лихом наскоке на походную колонную федералистов, если в нее входила хотя бы рота головорезов в красных шароварах, или шляпах с плюмажами, или траншейных панцирях.

Натиск в сторону Лилианы - и, соответственно, границ Наталя, выглядел угрожающе. Но - полностью укладывался в стратегию архиепископа Стааля. Взяв Арлингтон и Суан, гемайны и Иностранный легион по большому счету выполнили все наступательные задачи (кроме отвоевания Сан-Риоля, конечно) - и теперь должны были или удерживать позиции, или отступать и делать то, что коммандо умели лучше всех на свете - убивать как можно больше врагов. В отличие от президента Артура Грэя, Виктор ван дер Стааль своей целью ставил заключение мира с признанием естественных границ Конгрегации и установления дипломатических отношений с основными мировыми державами. И для выполнения этой цели гемайнам нужно был убить столько федералистов и уничтожить такое количество их имущества, чтобы от самой идеи переправы за Лилиану, на коренные земли Наталя, у них начинали стучать зубы и тяжелеть ноги.

- Чертовы каннибалы никак не успокоятся, - Феликс курил, а я морщил нос от запаха табака. - Прут и прут. Теперь еще и по воде, представляешь? Эти уроды пропустили целое племя через Сан-Риоль, в устье Руанты - две или три тысячи бамбуковых тримаранов, битком набитых людоедами! Они успели натворить бед, да... Взяли один городок, Вифсаиду, кажется. Говорят, эти гады сожрали всех, включая стариков и маленьких детей, и собирались уже идти дальше вверх по реке, в Капернаум, но.